Витязь специального назначения. В гостях хорошо, а дома нету…

Это же кипрейный чай, ты разве не понял?

– Это из иван-чая который? Вот те на! Здорово. А он, кстати, когда на Руси появился?

– Я не знаю. По-моему, он очень давно был. Как ты заметил, он ничем не хуже, если не лучше. Когда на Руси появился тот чай, к которому мы привыкли, кипрейный с ним конкурировал вполне успешно. Его производителей иностранные купцы, как обычно, «сожрали» с помощи интриг через наших чиновников. Ну, в общем, всё как обычно.

– Если здесь адаптируемся, можно им этот гешефт поломать.

– Не стоит, – Акела встал и, разминая затёкшие ноги, прошёлся взад-вперёд.

От промозглой утренней сырости становилось зябко. Он поворошил угли и подбросил в костёр хвороста, вспыхнувшие язычки пламени с треском принялись глодать свежую пищу.

– Это пуркуа?

– «Нам не дано предугадать, как слово наше отзовётся».

– Опять не понял.

– Это товарищ Тютчев сказал, по-моему, дело сказал.

– Борисыч, про Тютчева я в курсе. Что ты этим хотел сказать?

– Погоди-ка, – Акела насторожился.

В серых сумерках рассвета ему почудилось какое-то движение. Словно в кустах промелькнуло что-то крупное, бесшумно двигаясь вокруг поляны. Такое бывает, когда добычу скрадывает медведь или другой крупный хищник. Это только несведущие люди свято уверены, что «крупный» и «неуклюжий» – синонимы. Громадный медведь может подойти сзади так, что обнаружишь его не раньше, чем он начнёт скручивать тебе головёнку. Андрей, внешне оставаясь безучастным, напряжённо сканировал окружающее пространство.

– Ничего, – Акела присел.

– Так, что ты хотел сказать, Борисыч?

– А, да. Читал я один фантастический рассказ. Героев Судьба, уж не помню, как именно, забросила к индейцам доколумбовой эпохи. А они, как нарочно, очень тяжело этот период в истории переживали, в смысле, что испанские варвары погубили могучую индейскую цивилизацию, ну, и так далее и более того.

– И сейчас есть такая точка зрения, – заметил Барс.

– Да, я тоже читал где-то. И вот эти молодые и горячие ребята решили проклятым завоевателям подложить классическую свинью в шоколаде.

– Почему в шоколаде?

– Как почему? Индейцы же коричневые, ты разве не знал? – ехидно спросил Акела.

– Тьфу на тебя. Давай дальше.

– А дальше просто. Чтобы цивилизацию этих островитян подстегнуть, они разожгли войну между двумя родственными племенами и поддерживали искусственно пару поколений.