Витязь специального назначения. В гостях хорошо, а дома нету…

Клим, с непостижимым для его мощного тела проворством, порскнул внутрь веранды. Кривые когти скребли землю, хвост молотил по траве, но уже было ясно – это агония. Трое потрясённо молчали, тупо глядя на всё ещё вздрагивающую тушу и слушая его захлёбывающийся булькающий визг.

– Так вот ты какой, северный олень…– задумчиво произнёс хозяин дома, так и не выпустивший из рук пустое ведро.

– Да-а, – протянул Андрей. – Забавные здесь водятся хомячки.

– Мужики, а где Соловей? – практический ум Клима, как всегда, чётко определил слабое место в данной ситуации.

– Вскрытие покажет, – «на автомате» отозвался Акела.

Данная операция состоялась быстрее, чем они могли бы предположить. Со скрипом «вскрылась» дверь деревянного туалета и Василий Викторович, застёгивая джинсы, явили себя изумлённой публике. Сделав пару шагов, он, наконец, справился с «молнией» и первый раз поднял глаза. Оглядев всклокоченных змееборцев, остатки крыльца, тушу дракона и с выражением произнёс: «…».

– Очень точное определение ситуации, – серьёзно сказал Георгий Борисович.

– У Гитлера был бункер, а у Соловья сральня, – хмыкнул Толстый.

– Так, ведь, кто на что учился, – Василий, кажется, даже протрезвел. – Вас на минуту одних оставить нельзя. Стоило Василию Викторовичу покакать отойти по-человечески, вы уже редких зверей мочите. А что «Гринпис» про вас скажет, варвары?

– Молодец, – заметил Андрей. – Только что был в говне, через секунду уже весь в белом и ещё нас «зелёными» пугает.

– Молодец, кто бы спорил.… А, ты об этом хомячке. Ну, считай, получили первую информацию об этом мире. Если в этих лесах водятся такие зверюшки, то у нас не просто проблема, у нас большая проблема. Значит, мы с Василичем идём гулять по этому лесу, а вы остаётесь домовничать.

– Акела, ты что? – Слава обалдело уставился на друга.

Тот не успел ничего ответить.

– Юра! – послышался со стороны сломанных ворот голос Галины Савельевны.

– Живые, живые, сейчас, Галина Савельевна, – и тихо добавил: – Будете у неё прикрытием. Что мы в лесу, что вы здесь – одинаково под ударом. Но мы здоровые мужики, битые-перебитые. А она – просто мирное население.

– Господи! Какие твари к нам полезли, – охнула старуха, явно не решаясь войти.

– Да понял я, – не стал спорить Клим.

– Василич, – спросил Васька, пока хозяин в обход туши пошёл к Савельевне.