Зеркала Линарии

«Что со мной может случиться? Не похоже, что тут живёт много народу – возле домика только две грядки. Идти дальше я всё равно не знаю куда, а такой голодный, пожалуй, никуда и не дойду. Самое плохое, что может произойти – меня выгонят не солоно хлебавши», – размышлял деревенский задира.

«Эх, хуже не будет», – рассудил Грегор и решительным шагом направился в сторону лесной избушки. Постучал в дверь и замер в ожидании. В домике послышалось какое-то движение, дверь со скрипом отворилась, и улыбающаяся чистенькая старушка в белом чепце и таком же переднике приветливо сказала:

– Ну, здравствуй-здравствуй.

Заходи, коли пришёл.

– Доброе утро, хозяйка, – выдавил из себя Грегор и шагнул вслед за старушкой в дом.

Старая женщина повела себя с ним, как со своим давнишним знакомым.

– Мой руки и садись за стол, – сказала она, махнув рукой в сторону табуретки со стоявшими на ней тазом и кувшином.

Грегор последовал совету, и не было необходимости повторять ему дважды. В комнате оказалось тепло и так вкусно пахло едой, что у парня свело желудок и потекли слюнки.

Беглец подумал: «Даже если последний раз в жизни наемся, всё равно не откажусь!»

А на столе появился просто королевский, для бедного деревенского парнишки, обед: жареная куропатка, запечённая рыба, солёные грибы, варёная картошка и прочие разносолы. Грегор ел за двоих, а хозяйка только убирала пустые тарелки и улыбалась.

После обеда начал накрапывать небольшой дождь. Уже через полчаса он стал сильным, а через час превратился в ливень, ехать в котором было ещё труднее, чем в тумане: деревья по обе стороны дороги исчезли за стеной дождя.

Одежда у наездников не была рассчитана на такую погоду, да и предположить, что в октябре может пойти настолько сильный дождь, они не могли. Девушки и юноша очень быстро вымокли до нитки. Казалось, что на каждого из них вылили по несколько вёдер воды и продолжают это делать.

Если в самом начале дождя имело смысл ехать под деревьями, где капало немного меньше, то теперь это стало бесполезным и даже опасным – при такой видимости легко можно потерять дорогу.

Впрочем, очень скоро лесная дорога превратилась в широкий, но пока ещё не слишком глубокий ручей. А ещё через несколько минут лошади с трудом брели по колено в бурлящем ручье, который быстро становился похожим на небольшую реку.

Разговаривать наездники не могли, а, если пытались кричать, то в рот попадала вода, плотными упругими струями низвергавшаяся из набухшего тучами неба.