Китеж-грайнд. Книга 1

– Ладно, Зотов, что с тебя взять, – сдалась учительница через пару минут, – Пускай Пантелеев блеснёт знаниями. Я вижу, ему не терпится ответить.

– Вот, чёрт, – шёпотом выругался Тёма и стал медленно вставать из-за парты, услужливо улыбаясь.

Весь класс зашипел, зашуршал, кто-то начал писать ответ на бумажке, кто-то показывал гротескные пантомимы. Но ни одной вменяемой подсказки Тёме вычленить из всеобщего шороха не удалось. В конце концов, растягивая слова и поправляя невидимые очки на носу, он дал ответ:

– Я полагаю, ммм, что автор хотел показать нам в деталях тууу эпооху, когда закончился мир, и началась война.

Класс захихикал, а учительница устало проговорила:

– Гениально, Пантелеев. Но помимо логических домыслов, хорошо бы иногда заглядывать в первоисточник.

Наталья Леонидовна спросила ещё двоих раздолбаев и даже старосту, но вразумительного ответа никто не дал.

И тут, как всегда, всех спасла Гера. С видом знатока, как будто её спрашивают полную элементарщину, она выдала красивый и правильный ответ.

На похвалу учителя Гера создала на своём сером гладком лице некое подобие улыбки, как будто говоря «Да, вот такие все тут тупые, кроме меня». Но в такие моменты Гере всё прощалось: и надменность, и зазнайство, и ботанство. Лишь бы больше никого не спросили.

Поиздевавшись над классом, учительница стала рассказывать биографию Толстого, который, оказывается, был не единственным Толстым в истории литературы, в молодости вёл разгульную жизнь, а под старость ударился в аскетизм.

Тёме Толстой представился стариком с кучей партаков и дырками от пирсинга. Такие обычно сидели во двориках у подъездов и хаяли молодёжь.

***

Учебный день шёл своим чередом. На переменах ребята, как и всегда, играли в сокс, прикалывались, обсуждали свои новые должности. Тёма тоже старался активно принимать участие в социальной жизни, но его мысли постоянно возвращались к Насе. Теперь ему уже не казалось смешной шутка с поправлением невидимых очков, и он корил себя за то, что сам себя выставил перед ней идиотом.

Мало того, что не ответил на вопрос учительницы, так ещё и начал паясничать. Теперь она точно не будет воспринимать его всерьёз.

Началась очередная перемена. Еще один урок – и можно двигать домой, отдыхать перед первым рабочим днём на заводе. Тёма уже просмотрел свою папку с должностными инструкциями и штрафами за несоблюдение норм, и теперь до него постепенно начинало доходить, что он вступает в настоящую взрослую жизнь.