Время лечит?

Дарья поняла, что если она сию минуту не отпустит падающую лестницу, то переломы конечностей ей обеспечены. Она разжала руки, и вместе с висевшей на ней девчонкой, кубарем покатилась по земле.

Падение пришлось на мягкую, вскопанную землю. Садовник приготовил этот участок земли для пересадки роз. Упади Дарья чуть правее этого места, ей пришлось бы намного хуже. Здесь, вплотную к забору торчали вбитые деревянные колышки. К ним садовник планировал привязать нити, и пустить по ним вверх, на забор, дикий плющ. Можно сказать, им повезло.

При падении, вцепившаяся в Дарью девушка отлетела в сторону, и дико заорала. Дарья, смахнув землю с лица, повернулась на крик.

–Чего орёшь? – грубо спросила она, внимательно рассматривая пострадавшую.

Ёе цепкий взгляд успел отметить рваные джинсы, пропитанные кровью. Девушке при падении повезло меньше, чем ей самой. Видимо падая, она всё же зацепилась за один из колышков.

–АА, как больно! – стонала та, держась рукой за ногу.

–Тихо, тихо, – Дарья ползком придвинулась к ней, – что там у тебя?

–Не надо, не прикасайся, – взмолилась побледневшая девушка.

–Тебя нужно обязательно осмотреть, вдруг перелом? Ногой можешь пошевелить?

–Не знаю, – девушка перестала плакать, и попробовала вытянуть ногу.

–АА, – застонала она, но ногу разогнуть смогла.

–Вот, и хорошо. Значит, перелома нет, просто сильно разбила. Но, это уже не страшно. Это мы вмиг вылечим. Ты сможешь подняться?

Девушка неуверенно пожала плечами.

–Попробуй, – велела ей Дарья, – я не дотащу тебя одна.

Ольга (а это была она), осторожно приподнялась на локте, и, стараясь не наступать на больную ногу, выпрямилась. Но, идти не могла. Дарья, видя такое дело, подхватила её, и так, мелкими шагами, они добрались до входной двери.

–Давай передохнём, – взмолилась Ольга, и тяжело опустилась на каменное крыльцо.

Дарья пристроилась рядом.

–Как ты здесь очутилась? – отдуваясь, спросила она.

–Приехала к подруге, – морщась от боли, поведала Ольга, – подруга решила передохнуть после ужина, а мне не спалось.

Вот, решила прогуляться, посмотреть, кто как живёт. Пристегнула поводок Леопольду, и мы пошли. А, тут, вдруг, навстречу собака. Леопольд ужасный трусишка, рванул от меня так, что даже карабин на поводке расстегнулся. Только поводок в руках и остался. Пролез под воротами, только его и видели. Я его звала, звала, а он, бедненький, залез на дерево, и начал плакать. Да, так жалобно. Я стала стучать в ворота, но никто не открыл.