Надбавка за вредность

Зачем он это говорит? Извиняясь, он так похож на хорошего, нормального человека, с которым хочется общаться. Я припомнила, как Кирилл Романович объяснял мне основы ведения работы с клиентом – ведь мы понимали друг друга практически с полуслова! И взгляды, которых придерживается Воронцов, мне близки…

Смотрела на начальника и понимала, что не врет. Правда работал с документами. А как же тогда мальчишник? Неужели ушел раньше времени, хотя не хотел?

– Я все понимаю, Кирилл Романович, – не кривила душой я.

Правда понимала. Я отлично знала значение слова «надо». Когда все «хочу» уходят на задний план.

– Вы обедали?

Моргнула. Он серьезно?

– Вижу, что нет. Кира, признаться честно, не хотел ставить вас в неловкое положение. И мои слова, сказанные в кабинете, были слишком резки, – надо же, не сказал, что ошибочны. Слишком резки. Надо запомнить. – Я заказал обед из кафе на пятом этаже с доставкой. Пожалуйста, примите мои извинения и не отказывайтесь.

Начальник криво улыбнулся.

– Но даже несмотря на то, что я вам сейчас сказал, знайте, что спуску я вам не дам.

Тем более сейчас, когда «ЮрИнвестКомпани» дышит в спину. Поэтому просто заберите у доставщика пакеты и забудьте, что я к вам сейчас подходил.

Договорив, Воронцов зашел в кабинет и через несколько мгновений вышел из него с дипломатом.

– Я вам не сказал, но переговоры было решено провести раньше.  Сегодня я больше не вернусь в офис.

– Хорошо, Кирилл Романович, – заученно отозвалась я.

– И кстати, Кира.

Спасибо.

– За что? – непонимающе склонила голову.

– Кофе был отвратительным. Но столовая ложка сахара, которую вы туда добавили, помогла взбодриться.

Сахар? Едва сдерживая смех, проводила Воронцова вымученной улыбкой и расхохоталась. Нет, иначе, чем везение, это не назовешь! Обед, кстати, действительно принесли и оставили на ресепшене. Лена позвонила по рабочему телефону и оповестила о сим приятном «сюрпризе». Наверное, впервые за сегодняшний день я была искренне благодарна Воронцову – никакой подлянки не оказалось.

И, слава Богу, он заказал обычную еду, а не экстравагантные суши, которые я терпеть не могла.

Лена отдавала мне обед со странным выражением прищуренных глаз, будто уверенная, что я что–то скрываю.

– Этот изверг над тобой издевается! Ты теперь даже в кафе со мной сходить не можешь. Вот, Воронцов, а. Не–е–е, на улице я ему все выскажу!

– А почему на улице? – с ленивым интересом подняла глаза на Елену.