Проклятие

Установку нового домофона оплатила, чтобы бездомные не мусорили, договорилась о ремонте лифта и вашей Лолочке услуги лучшего ветеринара обеспечила, когда она в прошлом месяце под машину попала.

Да… тогда я потратила всё, что удалось припрятать от бандитов, а потом неделю сидела на одном чае…

– А ты думаешь всех в этом мире купить можно? – обиженно, но уже более спокойно буркнул мужчина, а я вот и правда даже в мыслях не хотела его обидеть, просто напомнила о добрых делах, которые, между прочим, смогла совершить благодаря своей деятельности.

– Я никого не собираюсь покупать. Помогаю от чистого сердца и хочу, чтобы меня хоть немного понимали, ну или хотя бы не трогали, – обречённо достала из кармана приготовленные еще с вечера пятьсот рублей и протянула их Петру.

– От чистого сердца… А разве ж бывают ведьмы с чистым сердцем? – схватив деньги, пробубнил сосед и наконец развернулся к лестнице, чтобы уйти восвояси.

– Я Экстрасенс! – из вредности скривила рожицу мужчине вслед и захлопнула дверь, понимая, что времени в обрез и нужно как можно скорее привести себя в подобающий внешний вид.

Глава 2. Армина

Голова от парика чесалась невыносимо, а кожа пощипывала от тонны косметики, нанесённой в этот раз весьма неумело, но думаю, моя клиентка не особо станет разглядывать внешность колдуньи, сконцентрировав всё внимание на стеклянном шаре, в котором я якобы буду читать ее судьбу.

Удивительно, но за всё время еще никто не перезвонил и не выказал мне недовольство касаемо той чуши, что я несла на сеансе. Конечно, я много раз слышала, как это делала Элеонора, и прекрасно усвоила, что если правильно общаться с клиентом, то он сам сделает за тебя всё необходимое, но опыта-то у меня маловато…

– Ну что за неуважение? – пробурчала, взглянув на часы.

Не выносила непунктуальных людей от слова совсем. Элеонора таких выпроваживала взашей, но у меня каждая копейка на счету, поэтому успокоила взбунтовавшееся недовольство, продолжая стучать по столу длиннющими черными ногтями, которые совсем недавно налепила.

Клиентка появилась, опоздав на пятнадцать минут и, судя по ее высоко задратому носику, извиняться за свое поведение она не собиралась.