Вернуться

После душа, в джинсах и футболке, с зачесанными назад влажными волосами, он выглядел значительно лучше, скрываясь из вида в проеме кухни. До Бланш доносились пыхтение чайника, хлопок дверцы холодильника. Судя по всему, сосед собирался завтракать. Но ей не предложил даже чашки чая или кофе. Казалось, что он совсем забыл о ее существовании.

***

Каждое движение глазами причиняло невыносимую боль, мысли путались. После контрастного душа наступило облегчение. В довершение восстановительной терапии Антуан запил обезболивающее минеральной водой и налил в стакан кофе.

***

Бланш вставила ключ в замок и тихонько отворила дверь своего дома. Лучи солнца ползли по кухне из светлого дерева, падали на шторы песочного цвета. Стакан воды после тяжелой ночи оказался как нельзя кстати. Она прокралась на второй этаж в угловую спальню, стараясь не создавать шума, чтобы не разбудить родителей.

И только упав без сил на широкую кровать, прикрытую стеганым бежевым покрывалом, Бланш подумала, что она даже не узнала имя соседа, у которого провела ночь.

Глава 2

– Папа, я спрячусь, а ты ищи меня, – губы Матье растянулись в озорной улыбке, светлые волосы метнулись за ним к темному прямоугольнику двери.

Антуан скатился с кровати, пошлепал босыми ногами по холодному полу, заглядывая в каждую комнату, в каждый угол и шкаф и крича «Матье!».

Ненадежный пол качался под его шагами. Рука судорожно вцепилась в перила. Тело плохо его слушалось. Когда удалось шаг за шагом преодолеть лестницу, на негнущихся ногах спуститься на первый этаж, он понял, что это совсем другой дом. Дом, в котором никогда не было и не будет Матье.

Антуан рухнул на диван в гостиной и закрыл лицо руками. Сознание сыграло с ним дурную шутку.

Прошел почти год, а все продолжало быть слишком осязаемым для бесплотности. Иногда ему казалось, что он снова чувствует «Черный опиум» Ива Сен-Лорана – запах Селин, немного кофейный, немного ванильный с восточными нотками.

Соседка права. Под воздействием алкоголя он теряет свою личность. Бесконечное число дней, потраченных на лежание перед телевизором. Глаза смотрели в одну точку, а на экране менялись картинки. Позже невозможно было вспомнить ни одного из просмотренных фильмов.

Через стену разума просочились воспоминания о том дне, когда он в последний раз видел свою семью.