Алмазная пыль

Набравшись храбрости, все-таки повернула голову – сперва на прикроватную тумбу, где замерли на часах красные цифры «3:10». А потом – на кровать.

Марго, то есть я, крепко спала, укутавшись в пестрое одеяло и зарывшись в подушки. И она не дышала.

Сперва я подумала, что мне показалось, и подошла, чтобы прислушаться, приложить пальцы к губам. Ничего. Она и правда не дышала! И пульса не было, хотя кожа казалась теплой.

– В этом мире время для тебя остановилась, – ответил Яков, когда я в панике на него оглянулась.

Горящие в темноте цифры по-прежнему показывали «3:10». И не мигали даже, будто сломаны.

– Я что – умерла?.. – спросила я, едва ворочая языком от ужаса. – Это так происходит на самом деле?

– Нет, – заверил Яков, хоть и после некоторой заминки, – для тебя время замерло в прямом смысле. И пойдет снова лишь после того, как ты сделаешь, что должна. Ты проснешься в своем мире как обычно – вернешься к своим заказам, сериалам и куклам. Ты даже помнить не будешь ничего, что с тобой произошло здесь.

– Как будто это все сон?

– Да, как будто сон.

Пожалуй, это меняет дело: я люблю сны. Тем более, такие красочные и правдоподобные. Это даже здорово – во сне пройтись по Невскому проспекту начала XX века.

Пока я немного успокаивалась, Яков вдруг по-свойски прошел по моей квартире – в сторону ванной:

– Раз уж мы здесь, тебе нужно приодеться, – сказал он, – негоже второй раз появляться в доме фон Гирса в одном исподнем.

И толкнул дверь. А за ней – я обмерла второй раз, потому что за ней была не привычная моя душевая кабина, а огромная гардеробная, битком набитая самыми разнообразными нарядами этой эпохи. Внизу столь же впечатляющая полка с обувью, а наверху – шляпки невообразимых фасонов.

Самое интересное, что свет Яков зажег, щелкнув моим выключателем.

– Хорошо, я приоденусь, раз ты так просишь, – я с благоговением погладила шелковую насыщенно-малиновую ткань одной из юбок.

– Ну, не буду тебе мешать, – хмыкнул Яков и собрался уже закрыть дверь ванной – но вдруг устало вздохнул: – что ты делаешь?!

А я, взяв свою сорочку-парашют за нижний край, намеревалась наконец-то от нее избавиться.

– Раздеваюсь… Или мне надевать шелковое платье на это безобразие?

– Именно! Постой, ты понятия не имеешь, как одевается дама нашей эпохи, да?

Я неловко пожала плечами, признавая очевидное.