Звание Баба-яга. Потомственная ведьма

Ты зачем это сделал? – открывая глаза уже в человечьем облике, рявкнула я, успев почувствовать на языке вкус чужой крови.

– Сейчас я все объясню! – Маг отшатнулся, руки, защищаясь, поднял, оправдываться начал.

И… завис.

Ну точно – «Мейл.ру» в часы пик. Так и хочется постучать по кумполу и крикнуть в растерянные глазки что-то вроде: «Эй, гно-ом! Ты надолго вне зоны доступа пропал?»

– А-а? – Кошачьи ушки у него начинают медленно краснеть, зато Атанчик с мелким счастливы, как ученики иллюзиониста, у которых в первый раз получился удачный фокус.

– Зачем ты это сделал? – тихо, медленно и с угрозой спрашиваю я, уставившись на мага злыми глазами.

– Это для дриад… – Гарон явно что-то недоговаривает, надеясь, что мне хватит и такого объяснения.

Не догадывается, бедолага, что искусство гадалки в том и состоит, чтобы правильно вопросы задавать. Ни одна из нас не станет ради каждой клиентки в будущее свой нос совать. Не такое уж это безопасное занятие. Ну, в крайнем, в самом крайнем случае можно и заглянуть, а во всех остальных и психоаналитика сработает.

– Рассказывай, – царственно киваю ему, на спинку скамьи откидываясь и ноготочками по столу постукивая.

Эй. Э-эй!

Гномы.

Ку-ку?

Зависли все трое.

Да что это за наказание такое! Что еще на этот раз?

О, кажется, поняла. Это они мои накладные ногти рассмотрели. Наконец-то. Не прошло и года.

Ногти в обычное время я не ношу. Когда готовишь зелья, каждая крупинка, что под него забьется, может формулу состава изменить.

И вот как раз такие, черные, только в каббалистических знаках и стразах, я и наклеила, собираясь на слет. Ведь именно они как ни одни другие подходили к моему новому платью.

– Вия! – восторженно пискнул Талм. – Можно я потрогаю?

И сам так умильно глазками хлопает, что мое сердце тает, как мороженое на сковородке.

Сунула я ему для изучения левую руку, они с Атанием в нее вдвоем немедля и вцепились.

Попыхтел он обиженно, покосил на них завидущим взглядом и вспомнил про собственный авторитет.

– Дриады по своим путям только нас беспрекословно пропускают, остальным туда ходу нет. Вот я тебе и дал каплю крови, чтобы они тебя за свою приняли, – объяснил Гарон и замолчал, на меня уставясь.

– Дальше, – невозмутимо киваю я.

Может, это и правда, но явно не вся.