Высшая проба. Брат мой, друг мой

Только тут я совместно с движением руками и приказом разума направляю и поток магии.

Хирд тотчас переместился вбок, одновременно обводя вокруг себя зажатым в кулаке амулетом и наконец осмотрел потолок. Очень бдительно, словно надеялся найти меня там.

Ну молодец, в правильном направлении мыслит, прятаться на потолках и колоннах я тоже умею. Но продержусь надолго, минуты три-четыре. Слишком много энергии уходит на удержание сотен крючочков, без которых никак не обойтись. Приклеиваться к поверхностям, как улитки, коконы адаптов не могут.

– Ты никогда не говорил… – так ничего и не обнаружив, произнес он медленно, начиная делать выводы, – о подобных умениях.

– Ты бы приготовился, – обвинил я в ответ, и на этот раз он мгновенно нашел взором конец кокона.

Не подозревая, что я уже успел его отделить. И пока мой названный брат пытался оторвать от потолка кусок тающей перчатки, я остальную часть, все удлиняя, намотал вокруг него тройной петлей. И теперь осторожно стягивал ее, стараясь не передавить шею, покрепче связать ноги и особо хитро закрепить руки, иначе он выскользнет раньше времени.

– Темные силы… – дернулся Хирд, очень быстро осознав бесполезность своих действий и обнаружив, что не может и шага ступить.

– Иллюзия, – ехидно пояснив в ответ, в свою очередь подхватил его на руки и устроил на кровати со всеми удобствами.

Пролежать тут его светлости придется не менее двух часов. На этот раз я не стану собирать из оставленного куска кокона свою магию, а наоборот, запру.

– Хорошая иллюзия, – мрачно похвалил он, когда на мне растаяли последние следы каменной кладки, – можешь меня отпускать.

– Извини, Хирд, – вздохнул я с искренним сожалением, – мне еще нужно увести коня и добраться до замка. Ловить тебя второй раз мне некогда, а добровольно ты никогда не сдашься. А Густав на самом деле может нуждаться в помощи. Ты же мне и не простишь, если с ним что-то случится.

– Тогда пойдем вдвоем, – его светлость еще не потерял надежду договориться.

– Прости… – повторил я, копая могилу нашей многолетней дружбе и доверию. – но в одиночку я легко попаду туда, куда вдвоем нам не пробиться и силой.

– Ты очень уверен в себе… – в его оскорбленном взоре мелькнула тень понимания, – и действовал весьма умело и быстро. Значит давно уже умеешь так делать и постоянно тренировался.

Я не отвечал, молча собирая все необходимое.