Заложница. Испытание

– Комедьянты! – ехидно усмехнулась тень, припомнив, с каким показным равнодушием взгляды стражников прошлись по ее фигуре. Все по очереди. Ну да, ну да! Так она и поверила, будто незнакомая девушка заинтересовала молодых воинов только количеством оставленного на виду оружия!

– А вот и дом Лутгора, – сообщил Ительс, едва они въехали на центральную площадь Сиандолла и увидели основательный особняк, выходящий широким крыльцом с нависающим над ним балконом на ничем не огороженную подъездную дорожку.

– И как тут принято оповещать о своем приезде, – невинно осведомилась тень, рассматривая совершенно пустое крыльцо и словно замерший в ожидании дом, – стучать или кричать?

– Просто открыть дверь и войти, – не принял шутки Ганти и первым спрыгнул с типара.

– А мы уж как-нибудь сами донесем багаж к заднему крыльцу, – скромно опустил глазки промолчавший всю дорогу Эз, – и потом найдем конюшню.

– Только ничего не перепутайте, – равнодушно буркнул Ганти, но никого это безразличие не обмануло.

Не так много слов он сказал за последние сутки, и ни одного – просто так.

– Да чтобы я еще хоть раз согласился на такую работу! – с чувством произнес Ап, дождавшись, пока Хатгерн слезет с его спины, и потрусил за угол дома, громко затянув довольно приятным баритоном:

Эх, дорожка моя злополучная

В лес дриадский меня завела,

А там девы красивые, нежные, добрые…

Ведь могли обратить и в козла!

– Как интересно, – пробормотала Таэль, глядя вслед типару, – а они и в самом деле этим занимаются?

– Чем? И кто? – немедленно осведомился герцог, успевший дать себе обещание не оставлять без внимания ни единого замечания или взгляда своей суженой.

Хотя Харн и вынужден теперь называть ее напарницей, но видят боги, как много он готов сделать и вытерпеть, лишь бы это звание тени не слишком задержалось и вернулось прежнее – его невесты. Ненадолго, всего лишь до первого храма или часовни, где жрец сможет совершить свадебный ритуал.

– Превращают людей в типаров… дриады, – спрыгивая с седла в руки напарника, ответила на его вопросы тень и, резко оглянувшись, испытующе уставилась в глаза Эза. – Но за какие провинности такое наказание? И почему вы терпите?

– Не может быть, – ошарашенно мотнул головой Хатгерн, рассмотрев горечь в глазах животного и крохотную слезинку, повисшую на пушистых ресницах.