Выбор свободы

Вы же и сами догадываетесь, что шаман не сидит спокойно? И у него в полном распоряжении весь источник, нам же достаются лишь крохи силы, которые выбиваются из-под развалин. А подходить близко к руинам храма опасно… Не буду рассказывать про те гадости, которые изобрел за эти годы уродливый разум шамана… но иногда нам всем бывает очень трудно. Но хуже всего приходится тем, у кого есть любимые. Подробнее объяснять не стану, незачем вам все это знать.

– Тогда и я хочу спросить, – задумчиво произнес Ансерт, – а девушки тоже поедут с вами?

– Да, – коротко ответил Саргенс, – мы едем все.

– А разве им там не трудно? – продолжал выяснять алхимик.

– Там всем трудно, но без них нам не справиться, – суховато отрезал верховный магистр.

– А без нас, значит, справитесь, – едко фыркнул Ольсен. – Лучше скажи, почему решил нас не брать?

– Вы тут недавно… а у нас такой порядок, в цитадели остаются новички.

– А почему вы вообще не оставите Антаиль степнякам? Может, они с монстрами друг друга перебьют? – снова вмешался Анс.

– Ты неверно понял, – вздохнул магистр, – но сейчас объяснять не буду… решайте, остаетесь – и мы проводим ритуал сегодня, или едете с нами, но тогда свадьба будет только через пять дней, раньше ваши друзья не успеют приехать в Ставин.

– Пять дней не так уж много, – вздохнув, твердо заявил Берест и испытующе взглянул на невесту. – Как ты думаешь?

– Думаю, немного, – задумчиво подтвердила куница и, слегка покраснев, храбро заявила: – а ещё думаю, что ты меня не осудишь… если я отдам тебе свой истинный браслет завтра утром, когда мы выйдем за ворота цитадели, а сегодня вот…

Княжна достала из кармана маленький вышитый платочек, скрутила его жгутом и повязала на запястье ошеломленно следившего за ее действиями ястреба.

– Вместе с этим платком отдаю в твои руки свою любовь, честь и судьбу, – негромко произнесенные ритуальные слова в наступившей тишине прозвучали неожиданно четко и значимо.

– Весенка… – задохнулся от неожиданности и счастья Берест, но тут же спохватился и произнес громко и с вызовом: – Принимаю твой бесценный дар, обещаю беречь и хранить твою жизнь и здоровье, построить тебе и нашим детям дом и наполнить его достатком и заботой. Клянусь именем рода.

И, забыв про всех присутствующих, крепко обнял свою куницу и припал к ее губам, как путник к долгожданному ручью.