Все тайны проклятой расы

Мы с Руном уложили и обмотали одеялом трясущегося Тура, быстренько развесили по полкам верхнюю одежду и завалились спать, молчаливо решив оставить все вопросы на потом.

– Успокоили, не волнуйся. Лучше послушай… – шелест зеленого существа заглушили знакомые голоса.

Разговаривали не в избушке, значит, я проспал момент, когда маги ускользнули наружу.

– А я тебе говорю, врет он. Мы твою дверь ключом отпирали, сам же давал мне запасной, как он мог сквозь запертую дверь пройти? – напирал на друга Рун.

– А давайте я этот домик закрою сферой Цибериуса… – кровожадно пробормотала Олли. – Она у меня хорошо получается.

– Не смей! – решительно прикрикнул на магиню еще слабым голосом Тур, – он ночью меня таскал, зельем поил, отогревал. Нет, я так не могу. По-моему, нужно поговорить, спросить, выяснить, может у него есть объяснение или важная причина? Вы сами за мной тоже без разрешения пошли.

– Как ты можешь, как только язык повернулся сравнивать! – рассердилась Олли. – Мы тебе друзья, столько лет вместе, а этот солдафон неизвестно откуда взялся, может, он бандит, а лично мне вообще кажется, что шпион!

– Ну вот тут ты загнула, – вздохнул бесхитростный Рун. – С чего бы ему за нами шпионить? Да и в учителя, сама знаешь, ковен кого попало не возьмет. Но в том, что он соврал, я все же уверен.

– А может, он что-то про «зиет» прослышал… – Голос Олли стих до едва слышного шепота.

– Тсс! – зашипели на нее два голоса, – помалкивай, а то отправим назад!

– И так молчу все время… с вами особо не поговоришь, – обиделась магиня.

– Кстати, а ты подружку хотела взять? – припомнил Тур. – Что, не пошла твоя Веджи?

– Если б я знала, что ты будешь так о ней волноваться, то обязательно уговорила бы, – съехидничала Олли. – А так, они наши следы затирают.

– Рассчитываться ты будешь? – живо заинтересовался Рун.

– Нет, ты, когда вернешься! – насмешливо фыркнула магиня, но немного погодя мирным голосом пояснила: – Что ему с моих поцелуев, он еще с зимы к Беленке неровно дышит, а вы и не заметили.

– Ну что, идем? А то я замерз, – просительно предложил Тур, – как проснется – поговорим.