Выбор пути

И теперь перед отрядом остро встал единственный вопрос: а стоит ли идти дальше?

– Не верю я, – вдруг упрямо заявил во весь голос Лирсет, и все сочувственно на него покосились, – не верю, что они погибли. Я бы почувствовал…

– А к чему у тебя способность? – осторожно поинтересовался один из пришедших с магистром чародеев.

– Она слабая, – нехотя буркнул Лирс, – к поиску подземных потоков воды… попросту лозоходец. Но это ничего не значит! Веся в нас своих фантомов пустила и связала… я вот спиной чувствую, где стоит Ранз.

– Это хорошо, – невесело похвалил Феодорис, – значит, способность растёт. А насчёт ушедших на разведку решим так: выйдем на лестницу и попытаемся найти их следы. Если кто-то туда дошёл – следы будут обязательно.

Угрюмые лица магов, отпиравших последние врата, хотя рядом было полно дыр, говорили об их глубоком неверии в какие-либо находки, да и остальные понимали, как глупо надеяться, будто кто-то из магов мог выжить рядом с этими монстрами.

А если хоть один и выжил, то эти огромные крысы сейчас вовсю грызли бы камень, пытаясь его достать.

– Я пойду первым, – снова опуская на глаза очки, твёрдо изрёк Феодорис и шагнул в распахнувшуюся дверку, держа перед собой игломёт и какой-то амулет.

– Ну и иди, – недовольно буркнул Ольсен, нахально оттеснил в сторону чародея, намеревавшегося шагнуть следом за магистром, и вырвался за непривычно округлый выход, – а не могли вы тут обычные двери сделать?

– Тсс! – шикнул на него озиравшийся по сторонам Феодорис.

Но тут маг обнаружил, что справа от стремящихся вниз ступеней вместо защищающей выход источника огромной скалы, в полсотни шагов в поперечнике, зияет огромная пропасть, и горестно схватился руками за горло.

– А ты так не пугайся… – протиснулся мимо него мельник, храбро заглянул вниз и присвистнул. – Это же он вам мстил… Думаю, лет сто готовил эту пакость.

– Потом поговорим о нём, – взявший себя в руки магистр внимательно рассматривал ступени, – а может, ещё и самого сумеем спросить…

– А вот это глупо, – желчно объявил Ольсен, – он же сумасшедший, разве непонятно? А разговаривать с сумасшедшими – значит, не уважать себя и не ценить собственную жизнь.

– Может, это убегала раненая крыса? – водя над ступеньками очередным амулетом, проворчал магистр.