Ученица

Не стали бы оборотни ради обмана скручивать и вешать на себя тяжелые ковры и перины. Да и узлы с одеялами не были бы такими огромными. Значит и в самом деле встали на ее сторону, и от этого у магини как-то незаметно потеплело на сердце.

– Идем, – сняла она кокон, и направилась дальше, прикидывая где бы посидеть, пока парни выметают заброшенную часовню.

Однако те уже спешили навстречу, оставив свои тюки на расстеленном ковре. Молча но уверенно забрали у девушек ношу и снова ушли, а к тому моменту, как беглянки добрались до башни, для них было приготовлено удобное местечко на застеленных одеялами садовых скамейках.

А оборотни уже таскали ведра с водой, швабры, метлы и охапки дров.

– Там сыровато и прохладно, – пояснил вернувшийся Гест, – мы решили немного протопить очаг. Жарко не будет, зато станет уютнее.

Оборотни бегали бегом, и все же на устройство в часовне сносного убежища у них ушло больше часа. Но Эми сполна оценила их усилия, когда вошла в ярко освещенное помещение. Старинные скамьи были расставлены вдоль стен и в дальнем углу и застелены постели для каждой из бывших пленниц.

– Запасы продуктов мы сложили наверху, там прохладнее, – пояснял Гест, – дрова у камина. Но сегодня вам холодно не будет, а завтра мы протопим, если понадобится. Я пойду, буду охранять с ребятами снаружи, а вы можете запереть двери. И еще… Эми… если тебе не трудно… скажи парням хоть слово. Поверь, очень тяжело и стыдно вдруг осознать, каким ты недавно был мерзавцем.

– Спасибо, Гест, – признательно кивнула ему Миэль.

Самой ей и в голову бы никогда не пришло, что нужно хвалить взрослых мужчин за то, что они сделали совершенно обычную работу. Помогли устроиться перепуганным женщинам, ими же насильно вырванным из объятий родителей, детей и любимых мужчин. Но глядя в полные раскаянья глаза первого обращенного магиня очень четко поняла, раз ей повезло переубедить одураченных, запутавшихся людей, с этого момента придется думать о них, заботиться и отвечать.

– Оборотни… – выйдя из часовни, позвала она, пытаясь представить, что сказали бы в этом случае ее мать или Кора.

И поняла, глядя в устремленные на нее глаза, что сейчас нужна только самая чистая правда. Такая, где нет ни единой неуверенной или неточной нотки, ни нити сомнения.

– Я лишь недавно узнала, что мой отец был квартероном. Но всегда считала оборотней достойными уважения наравне с драконами, русалками и эльфами.