Тайна зеркала

Первый из бандитов уже добежал до стены и, не медля ни секунды, ловко полез по узким и высоким каменным ступенькам наверх. Глядя, как здорово это у него получается, Стан отчётливо понял: лезет тут мужик далеко не в первый раз.

В боку кольнуло ещё сильнее, и парень невольно сбавил шаг, осознавая все чётче – догнать воришек такими темпами совершенно нереально. И значит, эта троица всё же уйдёт и унесёт с собой так приглянувшихся ему малышей.

Первый из убегающих, достигший почти середины подъёма, оглянулся и обнаружил погоню.

Прикрикнул на подельников, приказывая пошевеливаться, но тут же заметил, что догоняющего их парня буквально качает. Усмехнулся как-то особо мерзко, сделал рукой пренебрежительный взмах, словно отгоняя надоедливое насекомое, и отпустил короткое и незнакомое, но явно матерное словцо.

Жгучая ненависть, помноженная на обиду и боль, вспыхнула в груди Стана жаркой, удушливой волной, заставляя неистово пожелать, чтобы этот мерзавец сорвался со ступеней, покатился вниз и переломал себе все ребра.

Костя не поверил собственным глазам, когда бандит схватился за виски, побледнел и пошатнулся. Лезшие сзади подельники вверх не смотрели, высота ступенек к этому не располагала. И потому внезапно обрушившийся на них сверху сообщник сначала сбил идущего следом, а уж после они дружно смели со ступеней последнего.

Вот он шанс – сразу понял Стан и ринулся вперёд с удвоенной силой. Второе дыхание что ли проснулось? Или тревога за малышей, которых эти уроды раздавят и не заметят?!

Он успел добежать до бандитов как раз в тот момент, когда свалившаяся сверху куча начала с руганью и стонами расползаться.

И тут уж не пожалел ни болевых приёмов, ни тех, запретных, которым учитель научил на самый-самый крайний случай.

К тому моменту, как подоспела подмога, землянин успел сорвать со спины бандита подозрительный мешок и отскочить с ним в сторону. И пока воины хватали и связывали бандитов, Костя, едва не рыча от отчаяния, распутывал небрежный узел.

– Кто это такой?! – В прозвучавшем совсем рядом уже немного знакомом голосе коменданта звенела едва сдерживаемая ярость.

Парень даже голову невольно на секунду приподнял, так ощутимы были расслышанные им в этом голосе эмоции. Но заметил, как протянутая рука коменданта показывает на неподвижного главаря, и тут же потерял к происходящему интерес. Вялые, почему-то сыроватые тельца котят волновали его сейчас намного сильнее.