Свадьба отменяется. Смотрины

Я отказался… и, в свою очередь, стал уговаривать её переехать в замок. Она не согласилась, и мы поскандалили. После я узнал: она всё-таки приняла предложение ученицы. А поскольку новая работа была много дальше от нашего дома, Тренна перестала приезжать на свидания, но каждый раз присыла письма… в которых продолжала меня убеждать в своей правоте. И в одном из писем написала: если бы я её любил и не имел других женщин, то давно бы согласился. Я ответил очень резко, что она зря судит всех мужчин по одной мерке… а уже через неделю влип в её ловушку.

Магистр хрустнул от досады пальцами, глотнул из маленькой бутылочки какой-то отвар и глухо продолжил рассказ, хотя никто из спутников уже ни на чём не настаивал.

– После того как она хлопнула мне по щекам, а потом и дверьми, я догадался проверить остатки вина… всего несколько капель на дне бокала, но мне хватило… В вино было добавлено мощное возбуждающее любовное зелье, заглушённое более пахучим, но безобидным настоем лимонника – это и притупило мою бдительность.

– И что же она сказала? – Дорд насторожился, как собака, взявшая след.

– Тренна просила передать вам письмо… – тоненьким голоском промекал магистр, изображая так ошеломившее его ночью появление лазутчицы.

– А было? – Райт даже дыханье затаил.

– ЧТО?! – возмущённо вытаращил глаза магистр. – Ты что это имеешь в виду?!

– Ну, письмо, разумеется, – примирительно произнёс герцог, – а ты о чём подумал? И вообще, Гиз, чем больше я вникаю в историю твоей женитьбы, тем сильнее тебя не узнаю. Ты у нас всегда такой предусмотрительный, находчивый и осторожный, но едва дело касается твоей супруги, как начинаешь суетиться, нервничать и совершать ошибки.

– Какое там заклинание! – оскорбился Гизелиус. – Просто она такая… необыкновенная женщина… вот вы хихикаете, а ей, между прочим, когда Сарджабиз погиб, сразу четверо магов предложение сделали!

– Это она сама тебе сказала? – состроил невинное лицо Эртрайт.