Три желания для художника

И, видимо, я сказала это вслух, потому что художник вдруг расхохотался:

– Что, друзьями?! Друзьями? С тобой? Куколка, ты себя в зеркало видела?

– Каждый день по нескольку раз, – спокойно отозвалась я и, остановившись, сложила руки на груди. – А что, есть претензии?

Он не ответил, лишь хмыкнул и резко подался ко мне.

– Шаира, дорогуша, – интимно проговорил он на ухо, – с такими, как ты, мужчины не дружат. Таких тащат в кровать и до утра оттуда не выпускают.

Я первый раз в жизни мысленно вознесла Творцу молитву за то, что у меня есть пять старших братьев.

– Мне кажется, ты предвзят, – ровным тоном заявила я. – У меня достаточно мужчин-друзей и…

– И я даже знать не хочу, в каких позах они с тобой дружат, – перебил меня Леонард.

Я недовольно фыркнула и решила, что безопаснее подобную тему больше не поднимать. Так мы и шли некоторое время – я дулась, Лео довольно насвистывал под нос какую-то песенку.

Завести разговор я опять решилась, когда мы свернули на улочку, которая должна была вывести нас на центральную площадь.

– Каков план, шеф? – спокойно спросила я.

– Посмотрим, – уклончиво отозвался Леонард, глядя вперед. – Сейчас выйдем к центральному фонтану, осмотрюсь и решу, в какие дебри тебя завести. И, кстати, домой сегодня ты возвращаешься одна.

Я споткнулась на ровном месте и возмущенно спросила:

– Это еще почему?! Решил меня бросить в каких-то закоулках, чтобы я заблудилась?!

– Куколка, ты слишком подозрительна, – лениво улыбнулся Лео, обнажив ровные белые зубы.

Возмущение сразу же улеглось. Я даже посчитала это своеобразной заботой. Знаю, странно, но уверена, другие джиннии от этого мужчины даже таких реверансов не дождались. И хотя я все равно оставалась настороженной – мало ли, что он задумал? – настроение улучшилось. И захотелось немного поддеть своего спутника.

– Гулять – и без меня? – укоризненно покачала я головой. – Ай-ай-ай, господин художник, ай-ай-ай.

– А ты хочешь быть третьей, куколка? – Леонард посмотрел на меня и пошло ухмыльнулся. – Мне, конечно, идея нравится, но…

И, не договорив, вдруг рассмеялся. А потом потянулся и провел подушечкой большого пальца по моей щеке. Я и так смутилась, а от такого жеста смутилась вдвойне.

– Ты что делаешь, мерзавец? – прошипела я, опасливо отходя на несколько шагов.