Северное герцогство

– Ирджин… я не нервная фрейлина… и не злюсь на магистра, – стиснув зубы, нехотя объяснил Дарвел, – просто устал. Нечего ему делать в домиках для чужих. Во дворце хватает покоев, пусть займет любые свободные на втором этаже.

– Анви? – Окликнул маг учителя и тот отозвался совсем рядом.

– Я слышал, так и сделаю. А Дару лучше принять успокаивающее зелье, день действительно был непростым.

– Предлагаешь рассказать это Ильде? – мстительно предложил герцог, – без её позволения я теперь не пью никаких зелий.

Анви, занятый пересадкой в свою ладью ученика и Ирджина, хладнокровно смолчал.

А позже, направив воздушное судно к светлому зданию с высящимся над центральной частью ажурным куполом то ли башни, то ли оранжереи, счел нужным сменить тему разговора и пояснить гостю главные правила летнего дворца.

– Спальни и гостиные герцогской семьи занимают весь третий этаж, но попасть туда на ладье невозможно. Весь этаж закрыт прочной сеткой, и от птиц и от лазутчиков. Да и ради безопасности детей.

– Я слышал, – кротко обронил магистр, не находивший в таком разделении ничего обидного.

Он вполне понимал правителя, лишь недавно обретшего способности. Чтобы думать и действовать как истинный белый маг недостаточно нескольких дней или месяцев. Это должно войти в сознание как впитанные с молоком матери истины, как непреложность смены дня и ночи, весны и осени.

– Обедаем мы обычно в верхней столовой, на крыше. – невозмутимо продолжал магистр, – если не назначена трапеза с послами и знатными гостьями.

– Раньше ужина ни для каких послов меня нет. – категорично предупредил Дарвел, и не выдержал, усмехнулся, – но ты, если желаешь, можешь с ними пообедать, как главный действующий советник.

– Кто? – невольно поперхнулся Анвиез.

– Кто есть. Я лишь официально закрепляю указом твой статус, – невозмутимо пояснил герцог.

Тихонько фыркнул Ирджин, пытаясь сдержать улыбку, потом все же открыто рассмеялся.

– Извини… Анви… но этого следовало ждать. И отказаться ты не сможешь… хотя это и против наших правил.

– Не правила правят нами, а мы правилами, – скаламбурил Сабенс, задумчиво рассматривая дерзкого герцога, с каждым часом открывавшегося с новой стороны.

И пока не мог сказать, насколько, но этот ученик Анвиеза ему уже нравился.