Лестница в неизвестность. Том 2

И не верила, глядя в землистые лица самых тяжелых пациентов, собранных в просторной процедурной малочисленным персоналом больнички, что от этих людей можно дождаться светлых эмоций, не говоря уж о благодарности.

Но высокий сероглазый маг, внимательно оглядев притихших пациентов, заявил с непоколебимой уверенностью на чистейшем итальянском языке, что гарантирует каждому из них если не полное выздоровление, то значительное улучшение здоровья.

– Но вы все будете мне помогать, – так же твердо изрек Рус. – Я не открою вам никакой тайны, сообщив, что эмоции играют важную роль в выздоровлении человека.

Каждый знает, как бесполезно лечить тех, кто уже махнул на себя рукой, кто спешит свести счеты с жизнью. И потому вы должны думать лишь о том, как сильно, всей душой желаете встать с этих кресел и кушеток поздоровевшими и высказать нам свою благодарность. Для нас это лучшая награда за труд.

В измученных болью и тоской глазах отчаявшихся людей появился интерес, и слабая надежда, однако веры там и близко пока не было.

Вот только мага это ничуть не смутило.

– Для начала я создам простое лекарство… которое поможет вам поверить в мои способности, – пояснял он, сопровождая свои слова уверенными действиями.

Поставил на стол прозрачную чашу и бутылку всем знакомой минеральной воды, потом принял от главврача несколько цветных баночек с витаминами.

– Ничего секретного, – насыпая в миску по несколько пилюль из каждой баночки, пояснял он, – все это есть в любой аптеке. Для вкуса добавим меда, вишни и облепихи, для запаха – мяты и лимона.

Теперь вода.

Под его взглядом сама открылась крышка бутылки и поднялся кверху прозрачный фонтанчик. Медленно качнулся как бы выбирая куда упасть, потом уверенно направился в миску. Пациенты, даже те, кто следили за незнакомым экстрасенсом с пренебрежением, замерли от изумления и неверие в их взглядах начало медленно таять, так же постепенно переходя в надежду. А вода уже скрутилась в тугую воронку, не хуже блендера перемалывая фрукты и ягоды, взбивая в необычайный коктейль.

– А стаканы… – дернулась было медсестра, но смолкла и замерла, остановленная неведомой силой.

– Не нужно, – мягко улыбнулся ей Рус, – это будут пилюли.

Обретшая винный цвет жидкость снова поднялась фонтаном, склонилась к широкому блюду и вдруг звонко застучала по нему крупным градом. Менее чем за минуту миска вновь стала прозрачной, а на блюде поднялась горка крупных удлиненных пилюль, поблескивающих в свете солнца словно драгоценные камни.