Сестры Тишины. Тихоня

И как старшие сестры учат младших ходить и по льду, и по каменным уступам, и по перекинутому над пропастью бревну, не уставая приговаривать: там, в большой жизни, никто девочкам-тихоням и глупышкам не приготовил копны соломки, чтобы постелить в каждой ямке.

Хотя сейчас тихоня вполне могла бы спокойно сидеть на коне или на солнечном повороте тропы в ожидании, пока песочники прокладывают путь. Вот только все росло в ее душе беспокойство, металась в поисках выхода интуиция, все чаще повторяя, время сейчас играет вовсе не за тихоню.

Там, куда так упорно и обреченно стремилась госпожа Ниди, ждали их неизвестные, скорее всего уже знавшие о смене короля и об амнистии. И трудно было представить, что этот указ мог им понравиться. Ведь, узнав о помиловании, все, кто до времени таился тут, как ее брат в потайных комнатах замка, немедленно захотят вернуться домой. Ну, может, за исключением нескольких человек, кому по душе такая жизнь или просто некуда идти.

И тогда тот, кто построил где-то в недостижимых горных долинках маленькую, но крепкую и надежную страну с преданными и покорными подданными, вмиг окажется охранником ее руин.

– Ну не сидеть же тут полдня? – Девушка достала из кармана моток шелковых нитей, с которым никогда не расставалась.

Если было нужно сделать занятый вид – ловко вязала ажурные шарфики, а если требовалась прочная леска или бечевка, так же уверенно их распускала. Привязав один конец нити к большому обломку камня, тихоня сунула клубок в оставшийся от спрятанных денег Змея и привязанный к поясу пустой кошель и завязала его, оставив лишь щелочку для выходящей нитки.

– Это гарденский шелк, – пояснила напоследок внимательно следившей за нею хозяйке и смело ступила на лед.

Все бандиты, открыто или тайно следившие за ее действиями, смолкли и напряглись, а стоявшие неподалеку торопливо шагнули ближе, готовясь спасать глупую девчонку. Но она шла спокойно и уверенно, как-то очень мягко, словно кошка, ставя ноги. Всего несколько секунд, и девушка обогнала потихоньку продвигающихся по льду песочников.

Прошла мимо, даже не повернув головы, и они от изумления замерли, не веря своим глазам.

– А если она не вернется и не станет ждать? – подозрительно проворчал один из бандитов, когда пленница ушла уже шагов на пятьдесят, оставив за собой только паутинку неимоверно крепкой нити.

– Ты предлагаешь выстрелить ей в спину? – холодно осведомился Кэнк, меряя соратника презрительным взглядом.

– Возможно, и стоит, – не сдавался тот.