Портрет прекрасной принцессы

– Слушай, – согласился я, – и запоминай! Я найду способ, как оставить тебя тут, если ты не переменишь своего отношения к мельчайшим подробностям происходящего. И не возьмешь за правило делиться со мной всеми, даже незначительными на твой взгляд, деталями. Мне, разумеется, будет очень жаль поступать с тобой подобным образом, но иначе я не смогу дойти до цели своего путешествия.

– Грег, – чуть виновато глянули на меня голубые глаза, – я все понял. Но пойми… пока я не увидел тебя без этой жуткой личины, во мне жило стойкое неприятие этого… человека.

А вот когда ты… поменялся, я тебя окончательно узнал. Извини еще раз.

Ну что ты будешь с ним делать? Ох, чувствует мое сердце, натерплюсь я еще бед от его заморочек.

Шли мы далеко и долго, и я, поглядывая на уверенно шагавшего вперед друга, мог без колебания сказать, что бродит он в этих местах далеко не первый раз.

– Рамм, это твое любимое место охоты? – не выдержал я наконец.

– Нет, – спокойно объяснил он, – но отсюда ближе всего до границы с Гассией.

Этим ответом он сразил меня наповал. Разумеется, я изначально понимал, что северянин тоскует по родине. Но даже не догадывался, что его тяга к ней так сильна.

– Но ведь до ближайшего городка даже на карте несколько десятков миль, а напрямик через горы не пройдешь? – Я осторожно попытался выяснить ход его рассуждений и получил еще более ошеломляющий ответ.

– Когда с той стороны дует ветер, мне кажется, что я узнаю родные запахи, – мечтательно произнес Рамм и неожиданно сконфузился.

 – Ты меня осуждаешь?

– Нет. Просто лучше узнаю себя и понимаю, какая я скотина, – расстроенно буркнул я, – притащил человека в чужую страну и умыл руки.

– Не смей так думать ни про себя, ни про меня, – резко оборвал мои причитания северянин, – я не маленький мальчик, и если бы очень сильно захотел, то давно уже нашел бы способ вернуться. Да и ты не обязан со мной возиться всю жизнь, если спас один раз. И кстати… я тебе еще тогда хотел сказать, но не верил, что выживу.

В моей стране есть обычай, спасенный от смерти считает своего спасителя отцом или старшим братом. И обязан во всем его слушать. Но ты особенно не радуйся, это касается только обычных, житейских ситуаций. А если ты сейчас попробуешь приказать мне вернуться, я не послушаю.

Ну вот, а я только обрадовался! Ладно, тогда зайдем с другого бока.

– Кстати, ты собирался рассказать мне все, что знаешь про Шладберн.