По принципу подлости

– Послушай Алик, а ты не купил никакого оружия? – озвучиваю внезапно возникший у меня вопрос и, похоже, он застал горца врасплох.

– Но ты не говорила.

– Говорила.

– Когда? – Алик возмущен до глубины души.

– Когда объясняла тебе твои обязанности. Ты должен меня охранять, а чем ты собираешься это делать, если на меня нападут?

– У меня два кинжала, я могу дать ему один, – осторожно предлагает Грас.

– Дай, – немедленно соглашаюсь я.

– Ты с ума сошла, Марта, – возмущенно протестует Ориз, – да они тебя первую и прирежут.

– Людям нужно верить, Ориз, – укоризненно останавливаю его гневную речь, – ты лучше мне скажи, а у тебя есть какое-нибудь оружие?

– Ничего у меня нет, – недовольно парирует он, – да мне все равно завтра некого будет защищать.

В моем ухе немедленно возникает информация со сканера. Как хорошо, что я вчера протестировал пустынника.

– Если ты соврешь еще раз, обещаю, что продам тебя в Райхане. – ледяным тоном объявляю ему, – ну-ка покажи, что там у тебя висит под рубахой?

Ориз скрепя сердце отворачивает полу, и мы видим массивный кухонный нож, заботливо обернутый куском ткани.

– Где ты это взял?

– Купил.

– Да украл он. – презрительно фыркает Алик.

– А ты куда смотрел? Я тебе четко сказала, ты старший помощник и должен следить за Оризом. – отчитываю побледневшего от негодования горца. – Я работала, мне некогда твоими делами заниматься.

– Да зачем ты его вообще покупала, за такие деньги столько проблем.

– А купила я его, к твоему сведению, потому, что на скалу он пришел не по своей воле. Его за долги послали, а я не могу допустить, чтобы человек за десять средних монет в пропасть на съеденье рыбам прыгал. – тоже ору я.

– Почему за десять? Ты же тридцать отдала? – растерянно бормочет горец.

– Потому что за вторые десять на скалу придет его младший брат, а за третьи малолетняя сестренка. – устало объясняю я, уже жалея, что затеял этот разговор.

– И куда мне теперь этот нож? – виновато интересуется пустынник.

– Куда, куда. Забыл уже, куда ворованное девать нужно?

Ориз, скорбно поджав губы, швырнул нож в кусты и отошел к лошадям, спешно найдя там какое-то неотложное дело.

Ужинаем мы молча, и сразу устраиваемся на ночлег. Горцы долго шепчутся, устроившись поодаль, не подозревая, что инфо, поставленное мною Алику, передает не только слова, но и эмоции горца.