Не сгинуть в раю

– Марта, – Смущенно шепчет девушка через несколько минут, проникновенно заглядывая мне в глаза, – а этот… ну с которым ты вчера… танцевала… он тебя провожал, да?

Вот оказывается, что не дает ей покоя. А я-то пытаюсь понять, почему она все утро возле меня как куриная мать вертится? Или все же цыплячья? Нет, как-то не так. Не помню. Надо инфо вопросик подкинуть, заодно и про планету, с которой эти подружки прибыли, как её, с Латии, кажется?

Но по тому, как над передним креслом замерла макушка полковника и смолкли голоса сидящих позади Арнольда с Рамикой, внезапно осознаю, что подробности моего свидания волнуют не только Кинти.

– Видишь ли, Кинти, не помню, я тебе говорила, что я с Деллии? – задумчиво начинаю издалека.

– Да, – заинтригованно развернувшись ко мне, кивает девушка.

– Ну вот, у нас, на низранском материке, в семьях правят женщины. Матриархат, по-научному.

Кинти широко распахивает глаза, с заднего сиденья слышится сдавленный вздох Рамики.

– И как это? – Не может прийти в себя соседка.

– Очень просто. Каждый поселок – это отдельная семья. Главная там мать-царица, она живет в самом большом доме посреди поселка. С ней живут ее дочери и маленькие дети. Все взрослые мужчины поселка ее мужья, но живут каждый в своей землянке, с ними подросшие сыновья.

– А как же… ну это… ну… любовь?

– Мать любит всю семью. А если ты имеешь в виду супружеский долг, так для этого она выбирает самых достойных.

– Ничего себе …. – присовокупив, неожиданно для дам, крутое словцо, охает ошеломленный Арнольд.

– Все мужья слушают царицу беспрекословно, каждое ее слово закон, – Продолжаю вдохновенно расписывать спутнице низранские порядки. – И все мужчины о матери заботятся, увозят в безопасное место во время весеннего половодья, копают потом ей новый дом, сеют и мелют зерно, охотятся и охраняют семью от диких зверей.

– Но Марта… А при чём тут тот парень? – Недоумевающе распахнула глаза латиянка.

– Ну, видишь ли, этот танцор… его сын. Князя. Он к тому же подрабатывает гидом, и очень нахально навязывал мне себя утром, когда я шла гулять. Вот я и решила немного с ним… побеседовать. Но добровольно он идти не хотел, пришлось утащить.

– И как, поговорила?

– Да.