Назначаешься принцем. Принцы на войне

– Отстань от него! – перестав играть, с неожиданной злобой рявкнул на Болафа Танио. – Не будет он с тобой пить. Нужно ему собственную мать с чужими людьми поминать?

Зак пораженно всмотрелся в полнящиеся смертельной обидой глаза зятя и всерьез засомневался, что Хаберу следует чистить морду.

– И давно вы здесь… поминаете? – осторожно спросил Ишима как самого трезвого.

– Да сразу как въехали в город, примерно через звон после обеда начали. Смотрим, Танио идет с кувшином. Ну мы и пошли с ним сюда. Нехорошо оставлять человека одного в таком горе.

У Зака отлегло от сердца. Именно в то время он вернулся из дома в крепость. Значит, Тан решил, что родители… И, конечно, расстроился, бедняга. Зак и не подозревал, что Дорисия еще не объяснила принцу, что двух магистров, поднаторевших в способах обходить ловушки и опасные ситуации, не так-то просто убить. Но он, Зак, разумеется, тоже очень виноват. Надо было сразу поговорить с другом, поделиться надеждой. Да ведь он даже не подумал, что Танио считает их погибшими! И никто из магов не удосужился успокоить принца.

Так что же теперь делать с этими… поминальщиками?

Зак хмыкнул и провел перед ничего не понимающими товарищами рукой. Упала на стол кружка, покатилась по полу свирель.

Маг поправил сползающего Тана, чтобы не упал, сунул в карман подарок эльфов и вышел из комнаты. Почти сразу отыскал боязливо перешептывающихся слуг, притаившихся на кухне, и объяснил, что от них требуется.

Пару подзвонков наблюдал, как они устраивают на принесенных тюфяках спящую компанию, потом не глядя сыпанул монет и отправился искать Хабера.

А пока шагал по улицам, ловя на себе осторожные взгляды жителей, посматривающих на чужака то с робкой надеждой, то с тревогой, ссориться с Хабером раздумал окончательно. В конце концов, это именно он, Зак, обещал сестре присмотреть за зятем. Он и должен был догадаться, что мог пережить Тан, увидев накрывшую родителей лавину. Хотя с тех пор, как Зак наловчился считывать чужие мысли, никогда не было у него такой необходимости – угадывать чьи-то чувства.

Нет, всё. Пора просить у Хабера амулет, он как-то предлагал. И читать чужие мысли лишь в самых крайних случаях. И только у врагов.