Играть и выжить

Мы ведь все с тебя глаз не спускаем, все ждем, когда проколешься. Да и то посуди, ведешь ты себя странно, пришел играть, а про игру вроде и не слыхивал. Дерешься как сумасшедший, а бони не собираешь. – Признается главарь.

– Да при чем тут бони. – неожиданно для себя взрываюсь я. – Не могу я по чужим карманам шарить, не научен. И про такие игры, где нужно людей убивать, тоже никогда раньше не слышал.

– Ну, что я вам говорил? – Осуждающе глядит на свою компанию Очил. – Никакой он не провокатор, просто ведун чокнутый.

Но ты не расстраивайся, пока идем вместе, мы твои бони собирать будем, не бесплатно конечно. Отдайте его долю, парни. Вот если дойдешь до третьего уровня – придется самому наклоняться. А к дороге ходить нельзя. Заминировано там, и жучки везде. Вмиг зацапают, будешь неделю в первой линии за пайку стоять.

Ну, если я там буду стоять, то второй линии эту неделю делать нечего будет, мог бы ответить я, но лучше промолчу. Потому что нет у меня этой недели. У меня даже одного часа лишнего нет, если на то пошло.

– Тогда пошли в обход с другой стороны, – бросаю я компании авантюристов, поднимаясь с травы.

– Пойти-то, мы пойдем, – рассудительно соглашается Очил, – только теперь я впереди буду. А ты, если чего заметишь – наш сигнал – ш-ш.

– Не забудь, Оч, – негромко предупреждает сухощавый парнишка, которого все зовут Гензом, – прошлый раз синьку висяки окружали.

Так, теперь еще и висяки какие-то. А этих-то с чем едят?

– Помню, – кратко кивает Очил, и специально для меня объясняет, – это парни из третьей линии, любят на деревьях сидеть.

– Просто сидеть? – осторожно уточняю я.

– Да уж конечно не просто. – ядовито хихикает Танс. – либо камни на веревках сбрасывают, либо сетей наплетут. А могут и горючкой полить, а потом поджечь.

– Ну, это уж ты загнул, – обрывает его Генз, – горючки раньше второго уровня не бывает.

Все ясно, скучать нам не придется. И что же это за людишки такие, вместо того, чтобы заняться чем-нибудь полезным для своей планеты, или хотя бы города, да просто для семьи, играют в дикие по жестокости игры, где чужая жизнь оценена в несколько жалких бляшек.

Нет, мне наверное никогда не понять, почему эти парни с такой готовностью идут погибать за мифический, никем не виданный суперприз.

Нам приходится пройти почти два километра в сторону, чтобы обогнуть разлив синьки. И все это в напряженном ожидании какой-нибудь каверзы от изобретательных сторожей третьей линии.