Цена дерзости

Правильно моряна сказала, решились на что-то. Интересно, на что именно?

– Тина… – хариф сел в кресло и пристально вгляделся в лицо девушки, – прости меня, если сможешь. Я и правда повёл себя очень неблагородно. Думал только о своём воинском долге и пользе для страны. А твоей беды не замечал. Но теперь хочу искупить свою вину. Ты хотела уйти к морянам? Мы поможем. Лекарь был уверен, что ты умираешь… Мы не станем его разубеждать. Наоборот, объявим всем о твоей смерти. Пусть Сая завернёт тебя так, как заворачивают почивших… а Мги отнесёт туда, куда прикажет моряна.

Раб будет молчать. Мы – тоже. Никто не узнает правды, только не показывайся на этом берегу… несколько лет.

Костик ошеломлённо смотрел на харифа, на застывших за его спиной Васта и Тароса и постепенно начинал понимать, что их план вполне жизнеспособен, и даже погода как по заказу. Не будет на пристани и в бухте лишних свидетелей. Всего несколько минут попариться в покрывале – и полная свобода.

А потом вспомнил слова моряны.

И на вспыхнувшую в сердце радость словно бочку ледяной воды вылили. Значит, она знала или догадалась, какой план могут предложить Тине воины. И заранее попросила подумать.

Хотя, о чём тут думать. Не сможет Костик пойти к морянам… это факт. Ведь если пойдёт, то потом совести не хватит открыто смотреть в глаза морской королеве. Ну не дурак же он, давно понял, моряна вовсе не просто так стремится его всему научить и как можно лучше натренировать, есть у неё в этом деле какой-то свой собственный особый интерес.

Пока не известно какой, но, несомненно, для морян очень важный. Ради пустой забавы так не стараются. И если плюнуть на заботы одной моряны, он скрепя сердце ещё попытался бы, то предать весь маленький морской народ не сможет ни за что. Не так воспитан… хотя и чуть-чуть жаль.

– И вот это забери, – положив перед Тиной чехол с луком, строго глянул ей в глаза Васт. – Это не подкуп… как ты подумала, а признание твоих способностей. Я точно знаю… теперь ты для него лучшая хозяйка.

– Так, всем стоять! – решительно поднял вверх ладони Костик, начиная понимать, что совсем расчувствуется, если ещё и Тарос начнёт сейчас прилюдно каяться. – А теперь немного помолчите! Пожалуйста… Пусть моряна скажет… у меня ещё горло болит.

Ничего у него уже не болело… но им вовсе не обязательно про это знать.

– Вы поставили меня в очень трудное положение, – оглянувшись на Тину, печально сказала моряна.