Ливень в графстве Регенплатц

Служанки ещё суетились, прибираясь в комнате, но в целом чистота уже была восстановлена. На кровати, укрытая одеялом, лежала Патриция. Бледное лицо её спокойно, глаза закрыты. Рядом с кроватью стояла счастливая Магда Бренденбруг и держала на руках своего новорожденного внука. Малыш громко плакал, махал ручками, и Магда тихим ласковым голосом пыталась его успокоить, заботливо укутывая его в мягкое одеяльце. А заметив вошедшего Генриха, графиня Бренденбруг гордо выпрямила спину и с достоинством произнесла:

– Ваша жена подарила вам сына, ландграф.

Сын! Генрих и так был счастлив, но это известие сумело увеличить его радость в разы. Он приблизился к Магде и взглянул на младенца.

– Ну, здравствуй, сынок, – ласково произнёс папа.

В ответ малыш лишь ещё громче закричал.

– Он мил, не правда ли? – проговорила Магда.

– Он великолепен, – умилённо улыбаясь, согласился Генрих. – Дайте-ка мне его.

Магда Бренденбруг без возражений передала младенца в руки отца.

– И что ж ты так кричишь? – вновь заговорил Генрих с сыночком. – Боишься мира, в который пришёл? Он, конечно, коварен, но с папой тебе совсем нечего бояться. Не надо плакать.

Да только малыш не понимал слов отца, он понимал лишь свои чувства и ощущения, а потому и не прекращал громкий плач.

– Смотрите, какой красивый снегопад на улице! – вдруг обратила внимание одна из служанок.

Все тут же посмотрели на окна. С неба действительно сыпал мягкий и пушистый снег. Крупные снежинки плавно танцевали на ветру, поблёскивая в лучах солнца.

– Обычно когда рождаются Регентропфы идёт дождь, – заметил Генрих. – Говорили даже, что в былые времена по этому дождю предсказывали судьбу родившегося. А сейчас вдруг падает снег.

– Возможно, ваш сын станет необыкновенным человеком, – предположила Магда.

– Возможно. Или его ждёт необычная судьба. Я назову малыша Густав. Так звали первого Регентропфа, родоначальника нашей фамилии. Пусть и этот Густав фон Регентропф откроет новую дорогу для наших потомков.

– А как Патриция? – поинтересовался Генрих у графини.

– С ней всё хорошо. Она сейчас спит.

– Так крепко, что не слышит сына?

– Я дал ей сильное снотворное, – пояснил стоявший в стороне лекарь Гойербарг. – Ваша супруга потеряла много сил, перенесла много боли и очень устала. Несколько дней ей придётся провести в постели.

– Но угрозы для её жизни нет?

– Нет. Хотя мучения её в последние месяцы, а особенно часы, были велики.