Ливень в графстве Регенплатц

Высокочтимые гости ещё почивали, а в замке Регентропф с первыми лучами солнца уже вовсю кипела жизнь. Слуги наводили чистоту после прошедшего накануне пира, начищали столовое серебро, повара с ещё большим усердием трудились на кухне, жарили, варили, кипятили, конюхи готовили к выезду лошадей – ни один человек не сидел без дела. Генрих озабоченно ходил по замку, отдавал распоряжения, проверял их исполнение. Наступал важный и ответственный день для семьи Регентропф – бракосочетание младшего брата ландграфа Норберта и прекрасной дочери барона фон Фрейнера Герды.

Генрих прошёл через рыцарский зал, поднялся по лестнице и заглянул в покои своей супруги. Патриция сидела перед небольшим зеркалом и, смотрясь в него, наблюдала, как Ханна красиво укладывала на её голове ярко-голубой платок, пряча под него великолепные волосы хозяйки.

– Патриция, ты уже оделась? – поинтересовался Генрих. – Мне не хватает твоей помощи. Скоро проснутся гости.

Молодая женщина отвернулась от зеркала и послала мужу ласковую улыбку.

– Ты создаёшь своим гостям прямо-таки райские условия. Предупреждаешь каждое их желание, позволяешь жить без забот…

– А как же? Регентропфы всегда славились гостеприимством. И я тоже хочу, чтобы мои гости чувствовали себя здесь лучше, чем в своём собственном доме. К тому же у нас не простые гости – сегодня они станут нашими родственниками. Тем более барон фон Фрейнер – родня королю.

– О-очень дальняя … Двоюродная или троюродная племянница его жены вышла замуж за Гогенштауфена?

– Неважно.

– И всё же это вовсе не значит, что надо так сильно переживать из-за всякой мелочи. Твоему сердцу, между прочим, это тоже не нравится.

Патриция встала, подошла к распахнутому окну и направила взор на утренний рассвет. Солнце не спеша поднималось над величественными горами, постепенно покрывая светом зелёные холмы и осыпая блеском тихие воды Стиллфлусс.

– Посмотри, какой прекрасный день зарождается, – призвала она супруга.

Генрих приблизился к окну и оглядел утренний пейзаж.

– Да, день будет жарким во всех отношениях, – вздохнул он.

Генрих обнял жену за плечи и прижал к себе. Патриция с удовольствием склонила голову к его сильной груди. За прошедшие два месяца Генрих изменил своё отношение к ней, он стал нежнее, внимательнее, добрее. Стал таким, каким и обещал.