Зимняя гостья

Ведь это не Монти, а Мирта должна была стать женой герцога, и следовательно, соблюдать этикет во всем и всегда – даже когда замерзала.

Мысленно поблагодарив полковника Спенсера, девушка снова уставилась в окно, пытаясь разглядеть сквозь снежную пелену загадочные огни. Несмотря на то что они явно двигались навстречу теплу и убежищу, в душе росла тревога. Накануне поездки она тайком пробралась в библиотеку отца и посмотрела на карте предстоящий маршрут. Они проезжали большую винодельню, пару деревень, мясной двор и сыроделов, но никаких башен на пути не было.

– А что значит Башня в твоих картах, Кларисса? – спросила Мирта, увидев, что мадам Вермонт успокоилась и тоже задумчиво глядит в окно.

– Если в общем, то потери, панику, ужас, – не думая, ответила Кларисса, и тут же спохватилась, – ох, ну что ты меня слушаешь. Просто в твоей жизни грядут крупные перемены, которые не всегда желанны. Оно и понятно.

Мирта не знала ни одну потерю, которая привела бы к лучшему. Может, она еще слишком мало жила для такого опыта. Ей, определенно, не нравилось гадание. Его придумали такие, как Кларисса – скучающие самовлюбленные дамы, играющие на чужих эмоциях. Впрочем, сама виновата, раз спросила. Впереди просто была башня. И она несла не крах, потери и перемены, а тепло, мягкую постель и сытный ужин.

Вслух она, конечно, сказала свое привычное «да». А про себя подумала, вот было бы здорово хоть раз сказать «нет», хотя бы в таких мелочах, как тарелка скудного овощного салата на ужин. Именно о таком выбранном для нее блюде уже сообщили тетушки.

И о каком новогоднем чуде могла идти речь, если ее меню было продумано на неделю вперед. Мирта прислонилась лбом к заиндевевшему стеклу и, прищурившись, стала смотреть на огни замка, которые сквозь ресницы уже казались внезапно распустившимися в небе огненными цветами.

Они подъезжали. Тревога не унималась.

Глава 2. Мил гость, что недолго сидит

Пока экипажи пробивались сквозь буран к замку, Мирта успела задремать. Проснулась от скрипа подножки, уже в каретном дворе. Синие от холода грумеры спешили выполнить долг и укрыться в теплой людской.