Сага о халруджи. Индиговый ученик. Книга вторая

 – Даже если человек не читает молитв, но в сердце своем чист и идет по пути искренности, боги никогда не оставят его.

– Говоришь, словно жрец, – фыркнул Арлинг. – Может, тебе стоит бросить торговлю и заняться чем-нибудь другим?

– Давно подумываю об этом, – неожиданно согласился Азиз. – Держи, тебе нужно выпить.

Арлинг совсем не хотел пить мохану, от которой на утро болела голова, а весь день глотку терзала жажда, но кучеяр уже сунул ему в руку увесистый кубок.

– Давай, – хлопнул его по плечу Азиз.

Регарди усмехнулся. Спорить с кучеяром сейчас не хотелось. Впрочем, почему бы и не глотнуть? Возможно, так хоть удастся заснуть скорее.

– Какой странный вкус, – удивился он, ощутив на языке освежающее покалывание. – Это не похоже на мохану, хотя пахнет похоже. Вино?

– Нравится?

Тепло родилось в области живота и мягкими волнами коснулось груди. Задержавшись на мгновение у самого сердца, оно поднялось в голову, наполнив ее легкими, невесомыми облаками.

– Еще бы! Что это?

– Журавис, – ухмыльнулся Азиз. – Я мохану только с ним пью. Без него этой отравой лишь верблюдов поить.

Страх появился только на миг, сразу растворившись в мягких складках Азизова табака. Нуф успел рассказать ему не одну байку о страшном наркотике кучеяров, который медленно растворял мозг, погружая человека в мир иллюзий, где тот и умирал, не способный вернуться к прежней жизни.

Что бы там не рассказывал Нуф, но Арлинг ничего подобного не чувствовал. Наоборот, во всем теле ощущалась необычайная бодрость вместе с теплотой и легкостью. Удивительное сочетание. Ни «Зеленая фея», ни согдарийская водка таких чувств не дарили, и Арлинг протянул кубок за добавкой. Действительно, сегодняшняя ночь была создана, чтобы ее пропить.

– Значит, у доброго хозяина родился мальчик? – Регарди неожиданно наполнили радость и забота обо всем мире.

– Точно! Назвали Сейфуллахом. Это значит «меч бога».

Меч бога… Интересно, какого? Учитывая обширный пантеон богов кучеяров, родителям неплохо было бы уточнить это. Впрочем, они и так молодцы. Сейфуллах – звучало хорошо. Арлинг задумался о значении своего имени и вдруг понял, что ничего о нем не знал.