Сага о халруджи. Индиговый ученик. Книга вторая

Арлинг сам попросил их об этом, поняв, что слишком сильно к ним привязался. Впредь таких ошибок он не допустит.

Прощание было тяжелым. Они провожали его до самых ворот обители, где нового пациента уже встречал весь персонал. Приют был заведомо предупрежден о важном постояльце, хотя о его истинном происхождении знали немногие. Отец с ним не поехал, сославшись на неотложные дела. Арлинг не возражал, согласившись, что это было бы пустой тратой времени. Куда важнее было подготовить Империю к войне, так как арваксы осадили Гундапакс и захватили ряд островов в Барракском море.

Женщина-тень долго плакала, повиснув у него на шее, пока ее не оттащил Холгер.

– Ну же, Люсия, пусти его, – Холгер бодрился, но его выдавал голос.

– Я буду навещать тебя, сынок, – сказал он, крепко прижимая Арлинга к щуплой стариковской груди. Но руки у него были сильными. Регарди искренне надеялся, что Холгер еще переживет его.

– Давай, лечись тут, – грубовато произнес Бардарон, хлопнув его по плечу.

– Вот, это тебе, – взяв его руку, старый вояка вложил в нее какой-то предмет.

Регарди не потребовалось много времени, чтобы понять, что это. Только зачем слепому кинжал? Словно читая его мысли, Бардарон пробурчал:

– Не стоит держать его всегда при себе. Место, конечно, проверенное, охраняется лучше, чем дворец императора, но… так мне будет спокойнее. Положи под подушку, вдруг пригодится. Это хороший кинжал.

Арлинг задумчиво провел пальцем по лезвию, представляя, сколько крови ему удалось отведать. Что ж, рано или поздно все отправляются на заслуженный отдых.

Женщину-тень, у которой оказалось красивое имя Люсия, Регарди больше не встречал. Холгер, изредка навещавший его, рассказывал, что она вышла замуж за стражника из городского патруля. Арлинг был рад, что она решилась постоять под омелой. Бардарон же, проводив младшего Регарди, записался добровольцем в армию и отправился воевать с арваксами.

Приют встретил его так, словно он был императором. Похоже, Арлинг стал самым почетным пациентом, сместив с этого поста дочь наместника из Бараката, которая потеряла зрение после болезни и жила в обители с раннего детства. Она первая пришла навестить его, но очень скоро убедилась в том, что лучше разговаривать с мебелью.