Нимфа лунного моря

Однако в случае вашего сопротивления у меня имеется разрешение забрать Айрис насильно. Но я бы так поступать не хотел. Давайте договоримся по-хорошему.

– Вы не имеете права, – простонала мадам. При упоминании стражей порядка ей явно стало не по себе. Оттолкнув Айрис, она выглянула в окно. Девушка высунулась следом. Теперь, по крайней мере, было ясно, кто прибыл в карете, и почему она была не простой бричкой. Ехать предстояло до порта.

– Я вас прекрасно понимаю, – мягко произнес Данир. Обычно так говорят люди, которые, на самом деле, либо не понимают, либо не хотят понимать.

– Давайте ненадолго присядем, вы угостите меня чаем, я еще раз все обстоятельно расскажу, и вы поймете, что я страдаю не меньше вашего. И что у нас всех просто нет выхода.

– Несправедливо, – простонала Донна, и это прозвучало, как сигнал отбоя. Мадам приготовила белый флаг, и Айрис стало обидно, что за нее сражались недолго.

– Но сначала покажите мне документы на девушку. Я должен удостовериться, что у вас все оформлено должным образом.

– У нас все документы в порядке! – фыркнула мадам. – А Совет, случайно, не предусмотрел компенсацию за мою дочь? Я лишаюсь незаменимой помощницы, а в обмен ничего не получаю.

– Компенсация есть, – кивнул Данир, и Донна окинула его выразительным взглядом. Мол, вот с этого и надо было начинать.

– Документы в кабинете моего мужа, – сказала она и указала на лестницу наверх.

– Весьма немалом, – заверил ее Данир, направляюсь следом. – Вам хватит купить не одну такую виллу, которую я вам обещал.

– Правда? В таком случае, полагаю, и вас тоже без награды не оставили.

– Можете не сомневаться. В случае успеха операции мне отдадут под командование северную эскадру из шести фрегатов и все это направление. И должность вице-адмирала после возвращения.

Явно подобревшая мадам почти исчезла в дверях, но вдруг вспомнив об Айрис, окликнула ее:

– Дорогая, не раскисай, все не так плохо, как нам казалось.

Гостиная опустела, остались лишь запахи кедра и апельсина – от Данира, и ягодной ванили – от мадам. Несмотря на распахнутые окна, воздух в комнате был недвижим.