Донор

Теперь он мог разглядеть землю. Это хорошо, что рекламщики соорудили щит прямо в парке. Темные кроны деревьев и густые заросли предлагали массу вариантов для удачного побега. Он спустился еще ниже и разглядел извилистое полотно тропинки, на которой чернели какие-то точки. Эти точки были похожи на задранные вверх человеческие головы. Он прищурился, и зрение послушно улучшило картинку, позволив рассмотреть уже знакомые полицейские шлемы-визоры и стволы бластеров, направленных ему в спину.

Он даже не успел выругаться, когда почувствовал, что по плечу, куда ударили заряды парализаторов, расползается онемение.

«Вряд ли разобьюсь, но наверняка поломаюсь», – подумал он, понимая, что окаменевшие пальцы больше не цепляются за крепления щита. Должно быть, он сильно впечатлил местные власти, раз его решили взять живым. Впрочем, вопрос был спорным, но он надеялся, что ему повезет сломать шею. Где-то глубоко внутри него скрывалось твердое убеждение – ему нельзя попадаться живым.

– Стань донором! – снова позвала девушка с рекламы.

Ее красивое лицо стремительно уменьшалось в размерах, пока его не заслонили мелькающие ветки и тугие влажные от ночной росы листья. Падение было безболезненным. Приземлившись, он услышал хруст и мгновенно погрузился во тьму.

Глава 2. Тюрьма

Пробуждение было неприятным. Прежде всего, от осознания того, что он, увы, не убился, а выжил. Энки ожидал привкуса крови во рту и нестерпимой боли в переломанных конечностях, но ничего подобного не было.

По телу расползалась легкая дрожь, которая временами превращалась в озноб. Подобный тремор был верным признаком того, что он побывал в медблоке, а значит, его залатали. Оставалось лежать и дергаться, как наркоман при ломке.

«Откуда ты знаешь, как там наркоманам?» – спросил он себя, но память загадочно молчала. Мол, я-то все знаю, но тебе не скажу. А он, дурак, надеялся, что если не разобьется насмерть, то хотя бы что-нибудь вспомнит. Энки отлично помнил побег от полицейских и его позорный конец.

Но все, что было раньше, утонуло в болоте прошлого.

Самое время открыть глаза и взглянуть на настоящее. Поморгав, он уставился на низкий потолок, до которого мог дотянуться рукой. Потолок сильно прогибался. Повернул голову в сторону, Энки, наконец, понял, куда угодил. Белеющий в темноте толчок и стальные прутья решетки не оставляли сомнений. Смертную казнь заменили на несвободу. Оставалось разобраться, в чем заключалось преимущество.