И это пройдет…

Кошка недовольно мяукнула. Аня погладила ее по пушистой мягкой спинке. Та покосилась на нее медовым глазом, села на пол и начала старательно вылизывать то место, до которого девочка только что дотронулась. Аня рассмеялась, взяла таз. Все его дно было усыпано мелкой шерстью. Аня включила воду, неожиданно вместо крана плеснуло из душа. Холодные капли полились ей за шиворот. Кошка, на которую попал нежданный дождь, взвизгнула и пулей вылетела из ванны. Аня тоже фыркнула. Неожиданный полив ее раздосадовал, обмыв тазик, она вышла с ним на вытянутых руках.

В квартире стояла тишина, только звук работающего телевизора отталкивался от стен.

– Мира, все нормально? – позвала Аня.

Подруга не отвечала. Девочка заглянула в комнату. Мирослава сидела на полу, напротив длинной темно-коричневой полированной стенки, в которой на верхних полках расположились ряды красных, зелёных, синих и бежевых переплётов классики мировой литературы, а за прозрачными стеклянными дверцами горделиво нахохлились тонкостенные рюмочки из голубого стекла, сервиз «Мадонна», который доставали только по праздникам.

У Ани в комнате бабушки и дедушки стояла точно такая же стенка, только на одной из полок еще была статуэтка коня с золоченой гривой и фарфоровая «Хозяйка Медной горы». Правда, вопреки Аниным представлениям, сказочная дева была одета в голубое платье, а глаза у нее были серыми, но каменные цветы у ног не оставляли сомнения в личности красавицы. Телевизор, расположившийся на нижнем ярусе, показывал отнюдь не мультик про веселых и милых пёсиков. На экране мелькали люди, дым, и небоскребы.

– Это что? – с недоумением спросила Аня. – Твой папа принес какой-то боевик?

– Да нет, это в Нью-Йорке, – с ужасом прошептала Мира.

– Не может быть, – не поверила Аня. В США, крае невероятных технологий, маленьких карманных телефонов, компьютеров и красивых нарядов не может случиться ничего страшного.

– Может, самолёты влетели в башни, – выпучив глаза, проговорила Мира.

– Но зачем? – совсем растерялась Аня.

– Из-за Бога, – медленно проговорила Мира.

– Не говори глупостей, при чем тут Бог? – фыркнула Аня, известие шокировало и ее, но пока она чувствовала только недоумение, а страх, который читался на лице Миры, словно застрял где-то в глубине сознания и еще не овладел разумом.

– Мусульмане хотят убить всех неверных. Это у них религия так велит, – ответила Мирослава.

– Не может быть, – выдыхая и садясь рядом с подругой, проговорила Аня.

8 Марта 2002 год.