И это пройдет…

Мира, убери за ней, не гоже это, когда навоз в бане, – с этими словами она погнала корову вверх по пригорку, туда, где стоял покосившийся дом Афонина.

Мира недовольно сопела: «Почему она должна убирать за чужой коровой? Это же не честно! Вот был бы папа дома, он бы сходил к соседу, тот бы мигом все убрал и научился привязывать свою животину!»

***

– Папа, почему Робин Гуд считается благородным? – задумчиво спросила Оля, отложив книгу. Отец поправил очки и отложил ручку.

– Я думаю, он помогал бедным, люди ценили его, за это и прозвали благородным, – серьезно ответил он.

– Но ведь он же все равно разбойник, – удивилась Оля, – а как же заповеди: не убивай, не кради?

– Дочь, и заповеди и легенды сложили люди. Они и определили, когда убивать и грабить – это благородство, а когда наоборот.

– Все равно, это неправильно, – упиралась Оля, – разве можно за одно и то же хвалить и ругать? Как тогда узнаешь, что чего-то нельзя?

– Тут ты права, -поразмыслив сказал он, – никак не узнаешь. А заповеди ты сама прочитала? – поинтересовался отец, пытливо поглядывая на дочь.

– Нет, мама библию дала. Пап, а почему там все такие жестокие, постоянно сражаются, мучают и казнят друг друга? Бог ужасно страшный, да и не справедливый какой-то, – почесав нос, сказала Оля, – вот бабушка говорила, что он добрый, любит всех, прощает и оберегает. А выходит совсем не так? И вообще, где он, если в космосе его нет?

– Дочь, религию придумали люди, с помощью верований в богов и духов, они объясняли все, чего не знают.

– Не понимаю, – насупилась Оля, – получается наука отрицает возможность существования Бога, и средневековые священнослужители не напрасно жгли ученых?

– Еще как напрасно, если бы все эти религиозные фанатики не вставляли палки в колеса прогрессу, то мы давно бы жили в другом мире. Вообще любая религия – это порабощение и закрепощение человека, так что почитай-ка лучше что-нибудь более вдохновляющее, – сказал папа, давая понять, что разговор окончен.

***

Полина собирала на полянке землянику, злющий Пашка сидел рядом.

–Терпеть его не могу, – вытирая кулаком нос, говорил он, – где его мать только откопала. Ты вообще меня слушаешь?

Поля кивнула, недавно Пашкина мама второй раз вышла замуж. Полине было очень жаль своего двоюродного брата. Дядя Николай ей тоже не нравился.