Рассказы о жизни и любви. Параллельные судьбы

Раньше я думала, что он все-таки захочет со мной встретиться, но прошло уже более двадцати лет, а он, как в воду канул. Ненавижу его. Я думала, что при встрече скажу ему, как все эти годы я ждала его, но он так никогда и не появился в моей жизни.

– Это был его выбор. И перед смертью, я хочу тебя попросить, чтобы ты ни в коем случае не искала встречи с ним. Выбрось все это из головы. Живи своей жизни. Выходи, уже, наконец, замуж.

– Замуж? Ты издеваешься,– истерила Тома.– Да ведь он мне всю жизнь сломал. Я его ненавижу.

– Успокойся, Тамара. У тебя сейчас снова начнется приступ астмы, а я лежачая, уже ничем не смогу тебе помочь. Мне остались считанные месяцы. Дай, пожалуйста, мне покоя. Я все-таки его заслужила.

– А я? Я чем заслужила такую немилость от своих родителей? Я ведь никому в этой жизни не нужна.

– Ну, прости меня, что я родила тебя когда-то,– говорила мать.– Мы тогда с Акимом были счастливы. Ты – дитя любви.

Прошел год.

– Тома, ты будешь-то матери поминки собирать? Ведь год прошел.

– Нет,– говорила Тома соседке тете Любе.

– Почему?

– Не считаю нужным. Это через них я стала несчастной. Если бы мать тогда удержала отца, моя жизнь сложилась бы иначе.

– Тебе уж пятый десяток, ты сама должна была построить свою жизнь. Мало ли что произошло в молодости между твоими родителями.

– Он ни разу не захотел даже со мной встретиться. Вот этого я никак не понимаю. Где мы с матерью ему дорогу перешли?

– Ой, Тома все в жизни бывает.

– Мама, сегодня пришли папины результаты анализов. Все плохо. Ему осталось, от силы, полгода,– плакал в трубку Иван. Я забираю его в Москву. Здесь он будет проходить лечение.

– Хорошо, сынок.

Лиля уже не спорила с сыном. Он давно был самостоятельным мужчиной, весь в Акима.

Лиля вспоминала, как счастлива она была все эти годы. Она совершенно не представляла, как она теперь будет без Акима. Она была за ним, как за каменной стеной.

Томочка так и не вышла замуж Она прожила долгую жизнь и умерла в одиночестве. Тома до последних своих дней не могла найти объяснение поступку отца.

«Ну хорошо, ушел,– рассуждала Тома.– Предположим, разлюбил. Но ведь другие мужчины общаются со своими детьми от других браков. И мне известны такие случаи. А этот даже запретил появляться в его жизни. Как будто нас никогда и не было. Это жестоко. Нет объяснения такому отношению, такому поступку».