Ор`ин. Рассвет над Эриданом

Включив холодную воду, подставил под нее голову и стоял так какое-то время, пытаясь прийти в себя. Искра снова раскрылась, заливая энергией пространство. Остыв, соскользнул на пол и уставился в одну точку. Вода стекала на тело, возвращая в сознание.

– Какой я идиот… – выдохнул, откинув голову и прислонившись ею к прохладной поверхности, – Устроить такое в центральной башне, под носом у Незримого. Создал себе проблему на пустом месте… Благо хоть старейший не присутствовал при произошедшем. А что там ему расскажет Оиши, можно оспорить.

– Рр-р-р, – послышалось сверху.

«Не получится. Он был там.»

Я настороженно посмотрел на Ор`ина и переспросил:

– Кто был?

«Ваш Незримый. Почувствовал всплеск. Вышел. Все видел,» – прорычал туманный волк и насмешливо после паузы добавил, - Ты идиот.»

– Мм-м-м, – простонал я, хватаясь за голову, – Если ты заметил его, почему не сказал мне?!

«Зачем? Интересно было.»

– Интер-р-ресно ему! – зарычал я в ответ на манер дракона, – Разве не в твоих интересах, чтобы я выполнил условия контракта? Так поспособствовал бы, что ли!

Тишина была мне ответом.

– Вот так имей дела с неживыми. Даже ради своей выгоды лишний раз не шелохнутся… – пробормотал, прикрыв глаза.

Оставшийся день и следующая за ним ночь прошли как в тумане. Незримый вызвал меня следующим утром. Кесеотиос пришел к моему дому и, оскорбленный ролью посыльного, чопорно сообщил, что старейший вызывает меня к себе. К этому времени я малость пришел в себя. И все же надеялся, что при выяснении вчерашней ситуации Оиши присутствовать не будет.

К моменту, когда дверь кабинета Незримого оказалась передо мной, я собрал все самообладание, прокрутил в голове возможные вопросы, которые задаст старейший, и, вдохнув поглубже, вошел. В комнате, к моему счастью, кроме меня и старого демиурга никого не было. Он сидел за столом и, как только я вошел, посмотрел в мою сторону, слегка нахмурившись. Я поздоровался, приложив левую руку к солнечному сплетению, и с его позволения сел в одно из кресел.

– Ты знаешь, что означает этот жест, которым мы встречаем друг друга? – задал он вопрос спустя какое-то время полной тишины.

Я мысленно закатил глаза, поняв, что демиург вновь вошел в роль философа, и безынициативно ответил:

– Приветствие. И прощание.

– Не только, – покачал головой он и принялся размеренно рассказывать, – Так мы показываем, что являемся высшими духовными существами.