Во тьме

Судя по справке, здесь два десятка звезд и множество планет, но лишь три обитаемы – собственно сам Даркраст и две соседние, которые входят в объединенный мир. Достаточно пустынно и захолустно.

Последнее Альда добавила унылым и задумчивым голосом, вновь возвращая карту на прежнее место и всматриваясь в текст, который появился рядом с каждой планетой.

– Однако, – тихо пробормотала принцесса. – Жизнь не стоит на месте.

– А что там говорится? – скромно спросила Эола.

– Что мой дражайший супруг уже обзавелся новой женой, – иронично и удивленно произнесла Альда.

– Владыка женился еще раз? – удивленно и недоуменно переспросила девушка.

– Что? – непонятливо осеклась принцесса. – Нет, я имею в виду своего первого мужа – принца Фарогоса.

– У вас прежде был муж? – обмерла Эола, выражая еще больше изумления.

– Прекрати поднимать брови, – язвительно отмахнулась владычица Даркраста. – Ты скоро потеряешь их в прическе.

– Простите, госпожа, – тут же стушевалась служанка.

– Да, – с тяжким вздохом произнесла Альда, сворачивая интерактивную карту звезд. – Я была замужем в течение тридцати циклов, но ничем хорошим это не закончилось.

Швырнув прибор обратно в сундук, принцесса уселась за стол, задумавшись о чуде, которое случилось с дворцом Фарогоса так скоро. Зная правила королевских браков и прекрасно понимая, что этот процесс весьма не скорый, она стала сопоставлять факты последних циклов прошлого брака. Эриал вряд ли сам задумал избавиться от неё, ибо принцу было плевать на любую женщину рядом с собой, а вот дон Гавиртран вполне мог затеять подобную интригу, дабы заполучить более сговорчивую сноху.

Это значит, что единственный человек, которого уважала и даже любила Альда, предал её. На мгновение грудь сдавила обида, и принцесса закрыла глаза, глубоко и ровно дыша. Она сама виновата в случившемся. Не была бы упрямой дурой, не попала бы в расставленные силки. «Чего уж сожалеть о былом, тем более этого уже не изменить» – горько подумала Альда, обратив внимание на кофр, который привезла с собой еще с Вако.

Это был, пожалуй, самый дорогой и ценный груз, который принцесса хранила со времен детства. Легко откинув тяжелую крышку, она с волнением осмотрела почти полсотни склянок, каждая из которых находилась в своем отсеке. Заметив вытянувшую от любопытства шею Эолу, женщина хмыкнула и чуть отстранилась, давая ей хорошенько взглянуть на содержимое.