Каникулы в Мерипорте. Детский детектив

Мисс Дороти Пинкинс с порога затараторила:

– Миссис Хабот, миссис Хабот, вы не знаете, что случилось? – От волнения худощавое лицо Дороти покраснело. – Несчастье то какое!

Тётушка поставила чайник на стол и попыталась успокоить служанку.

– Да что случилось?! -не выдержали Себ и Джеф. -Извините тётушка Милли.

– Мистер Кэштон – ваш сосед, он вчера пошёл прогуляться вдоль утёса. Ну, на пляже.

Дороти от возбуждения размахивала руками.

Дети от нетерпения привстали со стульев.

– Я знаю это место.

– Случилось?! Он поскользнулся в темноте и упал с обрыва! Горе то какое!

Парни, услышав новость, выбежали из-за стола.

– Так! Сначала завтрак, а потом всё остальное, мои юные сыщики.

Друзья с неохотой уселись за стол и быстро, проглотив завтрак, повыскакивали из-за стола.

– Тётя Милли, мы пойдём прогуляемся, – сказал Джеф -подышим свежим воздухом. Реджи гулять.

Тётушка засмеялась:

– Ты, наверное, хотел сказать свежим морским воздухом.

И тихо добавила:

– Мне уже тоже любопытно, что случилось с мистером Кэштоном.

Выбежав из дому, друзья направились в сторону моря. За ними едва поспевали девочки.

– Эх, жаль, что я не взял свой блокнот, – на бегу сказал Джейкобс.

– Да, верно. Он может нам пригодиться, – согласился Себ, – жаль, что с балкона тёти не виден обрыв.

Делясь соображениями о внезапной кончине, друзья добежали до пляжа. На обрыве, о котором говорила Дороти, народу уже почти не было. Место куда, видимо, упал мистер Кэштон, было обнесено воткнутыми в песок стойками с натянутыми на них ярко оранжевыми лентами. Там находился полицейский, задумчиво расхаживая взад-вперёд.

– Внизу нам ничего не узнать. – Себ указал на полицейского. – Давай-те лучше подымимся на обрыв и хорошенько его осмотрим.

– Если там только остались хоть какие-то следы и улики. – Джеф вздохнул. – Скорей всего там с утра побывало половина города.

– Да, но теперь там никого нет, – сказала Вероника. – Можно спокойно пойти и всё посмотреть.

Друзья взобрались на обрыв. Утёс, с которого упал мистер Кэштон, был каменистым. На нём едва угадывалась тропинка. Она тянулась от рощи, вдоль утёса, и заканчивалась на другом его конце.