Мир Зодака I. Отброс

Но они хорошо регенерируют его и при необходимости могут поддерживать жизнеспособность организма без кислорода или питательных веществ. Безопасный потолок для человека – это десять процентов наноботов от общего количества крови в организме. Наниты, в зависимости от степени интеграции Зодака, могут достигать половины объёма крови человека. Говорят, у Ильи Родина наниты достигали семидесяти процентов объёма!

Но для девочки-подростка количество наноботов просто неимоверно высокое! Как они сами себя не пожирают и не рассыпаются прямо в организме? Это по-любому какие-то жестокие модификации виноваты!

– Это очень много, Альбин… – нахмурился я.

 – Уменьшить их количество ты можешь?

– Я могу их только кому-то передать… Но такая доза будет смертельна, когда они начнут распадаться от нехватки энергии…

Вот ещё один громадный минус наноботов – если ты передаёшь своих ботов другому человеку, то через три дня они распадаются, отравляя организм металлами и различными химическими соединениями. То, что передал мне Захар, это такой мизер – более вреда я получаю от воздуха.

А вот когда в тебе их десяток миллиардов или, в пересчёте на вес, килограмм – это ужас!

Наниты тем и хороши, что если ты вводишь их человеку, без разницы в каких количествах, то через неделю, после потери энергии, эти бионические роботы сами выводятся из организма всеми доступными способами, не принося вреда организму. А наноботы ещё к тому же в два раза больше по размеру чем наниты.

Но хорошо, что у меня не будет вреда от наноботов.

Мои наниты их просто переработают в модуле по производству в себе подобных. Вот только стакан железной крови я за раз всё равно принять не смогу. Надо делать это порциями.

– Я знаю, как тебе помочь, – заявил я. – Я приму твоих излишних наноботов, но постепенно.

– Ты чего? Нет! Ты же погибнешь! – изумлённо воскликнула Альбина.

– Обычный человек – да. Но… надо мной тоже… проводили эксперименты, – запнулся я, категорично не желая называть труды моей мамы таким определением.

– Ты точно… уверен?.

. – неверующе спросила она.

– Вот когда дойдём до конца этой щели – увидишь, – улыбнулся я.

– Ну… Ладно… Но я не хочу, чтобы ты умирал… – отвернувшись, проговорила она дрогнувшим голосом.

– Всё будет хорошо.

Девушка продолжила путь, а я немного воспрял духом. В этом бункере, как мне кажется, невозможно найти титан. Здесь не химический завод и нет нейрохирургических мастерских, я уже не говорю о специализированных препаратов для генерации нанитов.