Мир Эрон. Миротворец. Том 5

Я открыл глаза, наблюдая как чья-то волосатая башка с ушами пытается прокусить моё горло! Машинальный удар лезвиями тьмы, и я по вдоль располовинил эту башку. Меня поливает тёплой кровью. Я моментально вскакиваю и вижу ещё пятерых лютоволков, которые рвали горло моим подопечным!

Лена, вцепившись руками за уши лютоволка, в конвульсиях пылая из рук тьмой, висела над полом, пока монстр, держа своими мускулистыми лапами, перегрызал ей глотку! Остальные лежали в ряд на полу, и над каждым трепыхалась волосатая накачанная туша гуманоидного волка!

Твою тёмную мать! Я резко начал шинковать этих зверей лезвиями тьмы! Их плоть разрубалась, как масло ножом.

Но когда я подбежал к упавшей Елене, со спины послышались хлопки пространственного пробоя. Я тут же развернулся и увидел ещё трёх волосатых гуманоидов с головами волков!

– Это что за хрень?! – рыкнул я и располовинил по горизонтали этих тварей.

Опять взглянул на Елену. Её шея была с вырванным куском плоти, из которой толчками вытекала кровь.

Безмолвно хлюпая прокушенным горлом, она рукой погладила меня по щеке, и её глаза остекленели, а рука упала на пол!

Вырвав своими зубами кусок запястья, я обильно начал поливать её шею своей нанитной кровью. Одновременно с этим материализовал половину ящика с эликсирами регенерации рядом с девушкой. В нейроинтерфейсе я открыл кучу окон по контролю показателей и мощностей нанитов. Когда в её тело встроился миллиард нанитов, я дал команду на восстановление жизненных функций и клонирование клеток крови.

На всю эту операцию я потратил пару минут и пробоем переместился к следующим. Даже не разбирая повреждений, я начал всех поливать своей кровью. А те наниты, что падали на пол мимо пациентов, получали приказ срочно перемещаться в ближайшую мёртвую плоть. У Сайонг с Лихаем шея была разворочена до самого позвонка! Наставникам повезло больше. У них отсутствовала только половина горла.

Передо мной произошли ещё два хлопка пространственного пробоя. Даже не поднимая головы, я долбанул в эту сторону лезвиями тьмы, разрубая скулящие туши и напролом разрубая деревянную стену за ними.

Мой мозг просто вспухал от обилия открытых окон в нейроинтерфейсе. Одновременно я восстанавливал жизненные функции всем своим мёртвым товарищам.

Когда сердце Лены лёгким толчком запустилось, я пробоем оказался возле неё и, откупорив сразу три бутылька регенерации, один вылил на повреждённое горло, а второй попытался влить в рот. Половина вылилась на пол.