Гордость, ярость и демон

Проделав половину пути до завала, на переходе к третьей комнате, я заметил длинный металлический фрагмент стены, что выбивался из проема. Положив Жеку рядом с нами, схватился за этот кусок.

– Крондо, что ты…

– Помолчи, хозяюшка, – натянуто улыбнулся я и, помогая себе телекинезом аккуратно, вырвал его.

Повертев в руке железяку метровой длинны, я вздохнул и применил просто титанические усилия в телекинезе, при этом закрыв глаза. Я слышал, как тугоплавкий металл слегка скрежещет, изгибаясь в правильные формы, приобретая эргономичную рукоять и остроту основания.

Угловатая полоса металла была мною максимально заточена, по принципу расплющивания на режущей кромке. Этот клинок, в принципе, эмитировал катану, по параметрам рукояти и длинны, но был прямым и чуточку шире. Обмотать рукоять ещё какой светящейся веревкой, и будет вполне себе постапокалиптичный клинок, сделанный на современный лад.

Схватив своё творение, я со свистом махнул им один раз и, развернувшись, протянул его рукоятью к своей проблемной хозяйке, которая с круглыми глазами наблюдала за моими манипуляциями.

– Фехтовать у тебя получается лучше, чем стрелять. Напитаешь силой и будешь рубить не хуже катаны, – усмехнулся я, так и держа руку вытянутой.

Маруся схватилась за рукоять и завороженно осмотрела тяжелый клинок, взмахнула им, как до этого сделал я, а затем со свистящим воздухом сделала три профессиональных выпада. Закончив, она улыбнулась и сказала:

– Как вы мужчины говорите: «за неимением королевны»? С моей скоростью мне как раз не хватает чего-то рубящего, что я смогу напитать духовной силой.

– Вот и отлично, что ты это понимаешь. Потому как, скорее всего, на тебя сегодня ляжет много грехов, – осклабился я, опять поднял Жеку на невидимых руках и двинулся в проём, из которого достал заготовку для оружия девушки.

Когда мы предстали перед завалом, откуда собираемся подниматься наверх, прошло около десяти минут. Много, конечно. Но я не думаю, что за это время они не отгадали все наши планы.

Я положил Жеку опять на пол, Руся тут же приподняла его голову и пыталась привести в чувство.