Огненная страсть Габриэллы

Айден

Я знал, что против напора Роуззи, появившейся как ураган в это спокойное и безмятежное утро, невозможно было устоять. Но попытаться все же стоило.

Роуззи быстро взяла в оборот и меня, и Иную. Моя подруга детства умела добиваться своего: перла напролом, как стадо гуррий в брачный период. Перед ее хваткой, наверное, не устоял бы даже сам Император. Хотя насчет своего отца я, наверное, погорячился.

Пока мы двигались по улицам Форестала, я высматривал любую возможную угрозу, которая могла бы выбить из колеи Иную, тем самым запустив новую вспышку огневой атаки.

Но вокруг все было спокойно, и девушка выглядела расслабленной. Вышагивала, конечно, с интересом рассматривая все вокруг, но особо не привлекала к себе внимания. Да и Роуззи не давала вставить в свой монолог даже словечко, поэтому я не беспокоился, что моя гостья сболтнет лишнего.

И я не боялся встречи с Инквизицией. В моем городе не было магов, кроме нас с Оливией. И та небольшая горстка молодых выпускников Академии, что жила здесь пару лет назад, уже давно искала другой жизни в столице.

Поэтому пара молодых парней-инквизиторов с практически нулевым уровнем ментала наведывалась сюда раз в месяц, чтобы всего лишь соблюсти формальность. В моем городе было все спокойно. До вчерашнего дня…

После ночного визита к Иной я долго не мог заснуть. Наконец, поняв, что именно не дает мне отойти в царство Гипноса, я оседлал Голдена и вернулся в домик у леса.

На столе среди буйного беспорядка я отыскал дневник матери.

В нем я столкнулся с магией, которую не преподают в Академии. Заклинания и зелья, явно выведенные собственными силами, и, главное, секрет, который позволял открыть дверь в чужой мир. Пожалуй, после возвращения Иной домой дневник следует уничтожить.

Минуя Фонтан Водной стихии, мы пересекли главную площадь города и оказались перед дверями знаменитой на весь город лавки домры Сайны. Роуззи уже не терпелось ворваться в мир рюшей и шелка, а Иная выглядела растерянно и посылала мне глазами отчаянные сигналы.

Я ободряюще улыбнулся ей, хоть и ощущал щемящее беспокойство в области груди.

Оставив девушек одних, направился в пекарню напротив. Хозяин этого заведения был моим давнишним приятелем. Пожалуй, он один из первых узнавал все последние сплетни в городе. А это как раз то, что мне сейчас было нужно – выяснить, не просочилась ли в Форестал какая-нибудь информация о состоянии моей сестры или, не дай Святая Диора, об Иной.