Коллекция поцелуев

Папа бесцельно ковырялся вилкой в брокколи. Брату, должно быть, было невыносимо от нараставшей неловкости, поэтому он с невероятной скоростью съел свою порцию и выпрыгнул из?за стола.

– Прошу прощения, – промычал он с набитым ртом.

– Вообще?то мы с папой хотели с вами поговорить, – сказала мама.

Поговорить с нами?! Дрожащей рукой я кладу вилку, чувствуя, что аппетит мгновенно пропал, а все, что уже было съедено, начало тревожно бродить в недрах желудка.

– Доедай, милая, – прошептала мама.

– Я наелась, – также шепотом ответила я.

Не люблю серьезные разговоры в кругу семьи. Они бывают, лишь когда случается что?то плохое. В прошлом году, например, когда папа потерял работу. Тишина стояла настолько мертвая, что ход секундной стрелки часов эхом раздавался по всему дому. Родители отодвинули тарелки и переглянулись. Папа кивнул, и в этот момент мне хотелось закричать: «Нет! Не говорите этого! Не важно, что вы хотите сказать, я не хочу этого слышать!» Однако я молча сжалась на краешке стула и затаила дыхание.

– Мы с папой вас очень любим. – Мама поочередно посмотрела на меня и на Зебби. – И в том, что случилось, вы совершенно не виноваты…

– Верно, – вмешался папа. – Все дело в нас с мамой.

Нет-нет-нет. Мне становится все хуже и хуже.

Мама выдержала паузу, и то, что она сказала дальше, прозвучало как фрагмент замедленной съемки.

– Мы решили разойтись.

Мой мир рушится, я смотрю на еду, которая теперь кажется омерзительной.

– Когда папа переедет, отдельный дом будет нам не по карману, так что мы втроем переберемся в квартиру в многоэтажке.

Голова шла кругом, сердце бешено стучало.

– Что? – Зеб был в полном недоумении. – Мы переезжаем?!

Его можно было понять, ведь мы с ним жили в этом доме всю жизнь! Ответом Зебу послужил лишь мамин кивок.

– Я нашла нам двухкомнатную квартиру в Саутерн-Ридж, а папа будет снимать квартиру за городом пополам с другим квартирантом. Вам, дети, придется жить вдвоем в одной комнате, но это временно, пока не…

О господи! Она совершенно серьезно! Я вскочила со стула настолько резко, что ножки заскрежетали по линолеуму.

– Почему?!

Мама опустила голову, но ее плечи остались напряженными.

– Мы все равно сможем видеться друг с другом, – пришел на помощь папа. Он хотел было взять меня за руку, но я вырвалась, отчего он нахмурился.

– Все меняется, милая. – Мама произнесла это дрожащим голосом, в ее тоне чувствовалась лишь скорбь.