На гребнях волн

Однажды мы были на Чайна-Бич вместе с классом и предложили обойти утес и сходить на Бейкер-Бич. С нами пошли и другие девочки. Учителя, оставшиеся на Чайна-Бич, кричали: «Немедленно вернитесь!» Мы с Марией Фабиолой рассчитали время и вовремя прибежали назад, но другие – они не так хорошо знали пляж – замешкались, и прилив запер их на той стороне. Учителя запаниковали. Но мы сказали: не волнуйтесь, все будет хорошо. Взобрались на скалы, помогли другим девочкам подняться наверх, все полюбовались океаном с вершины – а потом помогли им спуститься.

Старались не слишком задирать нос, но чувствовали себя героинями.

2

Мы с Марией Фабиолой дружим с детского сада, но почти каждый год нас рассаживают по разным классам. По отдельности мы обе – хорошие девочки. Ведем себя как следует. Но, когда оказываемся рядом, какая-то странная химическая реакция происходит между нами и толкает на разные безобразия. Так бывает и в школе, и дома. В прошлом году у меня были неприятности с родителями и с соседями из-за того, что мы с Марией Фабиолой всем наврали.

Точнее, я наврала о ней. Дело было так: мы с Марией Фабиолой продавали лимонад. У нас под окнами покупателей было не слишком много, так что мы пошли на угол, где людей побольше, и встали перед большим домом. У тротуара притормозил «Шевроле», полный молодежи, парень на пассажирском сиденье опустил окно и с нами заговорил.

– Эй, девчонки, это ваш дом? – сказал он. – А можно нам приехать и сделать вам предложение, когда подрастете?

Мы с Марией Фабиолой переглянулись и засмеялись.

Поправлять его не стали.

– Видимо, это значит «да»! – объявил парень. И, когда машина тронулась, крикнул в окно: – Мы еще вернемся!

Для кого-то, возможно, это могло прозвучать как угроза – но нам показалось обещанием.

Первой нашей покупательницей стала миссис Шеридан, соседка, знавшая меня почти с рождения.

– Ну-ка, Юлаби, что у тебя тут?

– Лимонад, – гордо сообщила я, указав на картонку с надписью «ЛИМОНАД».

Она купила стаканчик, выпила на месте, потом купила еще один.

– А тебя как зовут? – спросила она у Марии Фабиолы.

– Мария Фабиола.

Я думала, миссис Шеридан ее узнает – она ведь столько раз бывала у нас дома! – но нет, как видно, не узнала. От этого и я взглянула на подругу как-то по-новому. И в первый раз заметила то, что, должно быть, уже давно замечали все вокруг: Мария Фабиола изменилась. Волосы ее, прежде прямые, начали виться.