Убейте меня

Мне кажется, ты умеешь дружить. Не предашь и не разболтаешь секрета.

Меня так и подмывало сказать ей, мол, у тебя достаточно друзей. Тот парнишка постарше, Ион, все время ошивается подле нее. Настоящая дружба из года в год. Зачем ей дружба со мной?

Я поискал в кармане пиджака свой блокнот, на котором написал ответ. Берта прочитала вслух:

– Поговорим об этом через год.

Такой ответ ее не удовлетворил. Она вернула мне листок и раздраженно топнула ногой:

– Мне нужен твой ответ здесь и сейчас. Если я тебе не нравлюсь, то так и скажи.

Я вконец запутался. Сидел как дурак, не понимая, что именно она хочет от меня услышать. Поразмыслив немного, я написал ответ.

– Мы не можем быть друзьями. Извини.

Она была раздосадована. Скомкав листок, убрала его в карман сарафана.

– Я запомню это, – прошептала она, отступая.

На миг мне показалось, что она помрачнела. Но только на миг. Берта глубоко вздохнула и улыбнулась:

– Не бери в голову, я не всерьез.

Затем развернулась и пошла прочь. Я еще долго сидел на скамейке и смотрел ей вслед. Наверное, это был момент, когда я упустил свой шанс признаться ей. Но тогда мне было всего одиннадцать лет. Что я мог знать о женщинах и их чувствах.

Я вернулся домой и закрылся в чулане. Сев на пол, я стал писать Берте письмо. В нем я решил написать о своих чувствах, любви и ревности. Вначале написал о том, как впервые увидел ее.

Когда письмо было готово, то сложил его под скатерть на кухне в надежде передать его Берте, когда та будет уезжать. До утра еще было время обо всем подумать, взвесить и может даже переписать.

Я помог матери подоить корову. Покормил курей и кроликов. Вынес из помойного ведра. Перемыл посуду и уже собрался ложиться спать, как услышал голос сестры. Она вместе с отцом и младшим братом сидели в гостиной.

Мари стояла под яркой лампой и зачитывала вслух знакомый текст. Сначала я хотел пройти мимо, но услышал имя Берта и застыл на месте. Господи, я не верил своим ушам, Мари читала мое письмо. Причем делала это с издевкой, намеренно ломая слова.

Братишка катался со смеху на диване, а отец с ехидством просил зачитать еще понравившийся момент.

Возмущению моему не было предела. Не думая о последствиях, я влетел в комнату и вырвал у сестры из рук письмо.