Убейте меня

– Если ты еще раз, гаденыш, попытаешься влезть в наши с ней отношения, я убью тебя и закопаю в огороде. Сверху посажу яблоню как напоминание о тебе.

Я проглотил бумажку, и он ударил меня по лицу. В следующее мгновение схватил за ноги и потащил в чулан.

Наверное, стоило упираться и орать, но я оставался неподвижен. Если сопротивляться отцу, то это пробуждало в нем еще большего зверя. Он не выносил истерик и соплей.

Он затащил меня в темный чулан. Рассыпал на весь пол горох и заставил меня стащить штаны.

– Я выбью из тебя всю дурь. Сутки будешь здесь стоять, пока я не отпущу. Наказание тебе такое, за интриги, что плетешь за моей спиной. Хочу, чтобы ты зарубил себе на носу. Я никогда не откажусь от твоей матери. Это женщина моя. Никто не смеет ее у меня отнимать. Никто.

Он вырвал из моих рук стянутые штаны.

– Вставай на колени!

Мне не оставалось ничего другого, как повиноваться. Медленно я опустился коленями на твердый горох.

– Посиди и подумай над своим поступком, мразь!

Он громко хлопнул дверью и выключил свет. Я оказался в кромешной тьме. Естественно, сразу смахнул с пола горох и сел нормально.

Ничего, ничего, пусть злится, а заодно знает, что я не люблю его. Что мать для меня – это мое все, а он абсолютно чужой человек.

Несмотря на то, что в чулане было темно, но также было сухо и тепло, я расслабился и откинулся на стену спиной.

В животе продолжало урчать.

Оторвал широкий лист и стал есть. Даже не знаю, был ли он чистым. Мне было все равно, очень хотелось есть.

Где-то в глубине дома послышался женский плач. Мать плакала, продолжая биться о закрытую дверь. Мне тоже захотелось заплакать, но я сдержался. Продолжая жевать капустный лист, думал только о том, как сбегу из этого дома, когда придет время.

Что и говорить, а я все еще был жив. Что может быть хуже?

17 июня 1989 года

Мать вернулась к вечеру. В этот момент я сидел у окна и видел, как ее привезла старуха Элл на своей колымаге. Мама вышла из машины и направилась к калитке. В руках у нее была огромная сумка, которую она едва тащила за собой.

Конечно, я поспешил к ней на помощь. Но не успел выскочить во двор, как заметил, что отец опередил меня.