Бездна Тайн

Но на этом их сходство заканчивается, потому что если Светлые существа олицетворяют собой Свет и огонь, то этот соткан из мрака и холода. Что-то в нём меня настораживало. Возможно, его полная неподвижность? Он напоминал каменную статую, окружённую мраком и одиночеством древности. Инстинкт и желание бежать от него со всех ног вскипал в магии вкуса медного сплава.

– Светлый.

– Так много агрессии. Я был иного мнения о твоих чувствах к мальчикам с нимбами! – промурлыкал неизвестный, белоснежные глаза прищурились, словно читая всю мою историю длиною в три века за секунду.

– Мне не нравятся мальчики, – резким рывком сжала горло, демонстрируя власть. – Я предпочитаю мужчин.

– Предпочитаешь… Это по-царски. Королева Тьмы или аганий? Что тебе ближе? – вкрадчивый голос с хрипотой, доносящийся из бежевых губ, небрежность которого вывела меня из равновесия.

В ответ я едко фыркнула, вжимаясь когтями в бледную кожу. Он привалился к стене. Потом наши глаза встретились. Я почувствовала острые когти, впившиеся мне в мозг.

Шёпот в голове был несравним с вторжением в личное пространство. Я подпрыгнула, заставив пол подо мной жалобно треснуть. Мои губы раскрылись в желании рявкнуть на неизвестного, но тут же сжались в тонкую линию, замечая, что мне выгоднее потратить время на установку новой стены из черной сети. Однако невидимые когти проникали глубже – в тело, легкие, сердце.

– Ответь, королева, сердце может разбиться, если оно не бьётся? – шёпот, наполненный издёвкой.

Моя верхняя губа поднялась в тон густой брови мужчины.

Мальчика.

Моя кровь безропотно подчинялась когтям всего мгновение. Стена вновь окрепла, а взгляд стал жёстче.

– Я холодна. Ну и что?

Всего секунда помутневшего рассудка, эта слабость так некстати. Я мотаю головой, словно пытаясь вытряхнуть из неё туман. Мои глаза наливаются мраком, я усиливаю начатие, раскрыв губы, оскалив клыки, словно готова оторвать кусок бледной кожи.

– Это не помешает мне вырвать твоё алое сердце одним движением ногтей, – эти слова слетают с моего языка еще до того, как я осознаю, что собираюсь их сказать.

Но я о них не жалею, ведь на лице Светлого отражается потрясение и стирает эту его омерзительную самодовольную ухмылку. Я оскалила клыки, словно хищница, готовившаяся к схватке.

Вновь чёрный туман. Моя голова всё тяжелее.

– Когда ты так шипишь, и вправду напоминаешь своих родственников рептилий, – басистый смех, граничащий с угрозой. Стервец воспользовался одной долью секунды.